Академия Крылатых, или В пекло тебя, дракон! (СИ)

– Фэссарина Моралла Ликольф, – с достоинством ответила я и поправила свои черные волосы. – Я – вампиресса, а мой отец – урожденный вампир Унидрис Ликольф.

Между прочим, вампир Унидрис Ликольф действительно существовал на самом деле, и проживал в моем родном Кюлисе. Захотят проверить, есть ли у него дочь – желаю им удачи. Он настолько стар, что и имени-то своего не помнит, не говоря уже о наличии дочерей.

Метаморфное зелье, которое я всю ночь варила из особенных трав, удалось на славу. Помимо блестящих черных волос, у меня имелись алые пухлые губы, красная радужная оболочка глаз, острые коралловые когти и черное готическое платье с кружевным жабо – в таких у нас в Кюлисе обычно хоронят представительниц благородных фамилий.

Благодаря кое-каким особым добавкам, присутствие этого эликсира в крови практически невозможно было вычислить даже таким опытным магам, как преподаватели академии.  

Ну, по моим расчетам.

– Очаровательно, фэссарина Ликольф, просто очаровательно! Я пока не принял ни одного академиста на свой факультет и буду несказанно рад вам! – профессор некромантии потер пухлые ручки. – Что скажете насчет того, чтобы провести небольшой сеанс с этим черепом?

И он кивнул на уже знакомый мне череп.

Я могла бы сказать, чтоб убрал эту черепушку от меня подальше – после вчерашней безуспешной попытки снова пытаться разговорить ее в мои планы не входило.

Великое пекло, вот ведь вчера – позволили же они мне выбирать! А сегодня почему-то нет.

Я покосилась на магистра Аэлмара, темноволосая голова которого была склонена над тестом, и это придало уверенности.

Посему начертила мелом пентаграмму, присыпала ее кладбищенской землицей, зажгла в каждом навершии звезды свечу, пристроила в центр череп и спокойненько принялась читать заклинание призыва духа. И вроде бы даже получаться стало – пентаграмма стала светиться красным, привлекая внимание и преподавателей, и абитуриентов. Я порадовалась такому успеху, а затем…

Затем, как всегда… Из кладбищенской земли прямо у всех на глазах пророс розовый куст. Пышные бутоны раскрылись у черепа в глазницах и на темечке наподобие веночка.

Похоже, это произвело впечатление даже на него самого, потому что он открыл рот и прошелестел «Мама…». После чего гневно завопил:

– Уберите ее от меня! 

А вот и зря, между прочим. Уверена, что еще никогда до этого череп не выглядел таким нарядным.

– Ну… По крайней мере, он заговорил… – ошарашено пробормотал профессор некромантии.

– Фэссарина… Ликольф, – в наступившей тишине раздался холодный голос магистра-дракона. – Покажите, пожалуйста, ваши крылья.

Ха, я была к этому готова! Можно сказать, наступил мой звездный час.