Русалка в академии

Я оглядываюсь: Териф стоит у открытых дверей храма и пытается успокоить священника, за спиной которого уже собралась небольшая толпа. К счастью, люди скорее испытывают любопытство, чем возмущение. Они удивленно заглядывают внутрь храма, чьи стены от пола до потолка увиты цветущим плющом, перешептываются. — Вы просто потеряли сознание.

— Посадите меня на кресло немедленно! — возмущенно шиплю я, подкатываю кресло к себе ближе, внутренне радуясь, что эта способность все еще у меня есть.

— Вы можете упасть, я вас едва успел подхватить, — оправдывается Ярис, но я смотрю на него строго, и он выполняет мой приказ.

Почувствовав опору под пятой точкой, немного расслабляюсь и собираю мозги в кучку. В центре зала все еще лежит Лариф на расстеленном одеяле. Я мельком проверяю его состояние, но ухудшений не вижу. Кажется, его щеки даже чуть порозовели. Потом решаю, что надо спешить на помощь к Терифу. Мальчишка, конечно, хорошо держится под натиском толпы, но не стоит задерживаться.

— Благодарю вас за помощь, лорд-жрец, — склоняю перед визгливым мужчиной голову, — благодаря вашей милости этот юноша смог выжить.

Мои слова сбивают жреца с мысли, а толпа и вовсе поглядывает на него удивленно.

— Только с помощью Стихий мы смогли справиться с ужасным злокозненным амулетом, который убивал мальчика, — скорбно замечаю я. — Да пребудет Благословение Стихий со всеми нами! — закатываю глаза и изображаю руками символ Четырех.

Толпа автоматически повторяет за мною, Териф тоже вовремя соображает и коряво рисует в воздухе четырехлистник — в Халифате этот символ не так распространен."

"Жрец замечает, что настроение толпы изменилось, и тоже присоединяется к нам. Кривится, но ему приходится перед публикой держать лицо:

— Я рад, что смог помочь. Хотя и не ожидал, что это займет так много времени, и мои добрые прихожане не могли попасть в храм. К тому же, — он обвел руками помещение, демонстрируя цветущие вьюнки, опутывающие стены, — это очень неожиданно.

— Благословение Стихий всегда неожиданно, — валю все на религию без всяких сомнений. — Хорошо, что это благословение Земли, а не Огня, вряд ли мы выжили бы в огненной ловушке, — покорно склоняю голову, а вот в толпе уже слышатся смешки. Этот раунд я выиграла.

— Что ж, раз вы закончили, то прошу освободить храм, — злобно шепчет жрец.

— Прошу, примите мою благодарность, — Ярис протягивает жрецу большой звякающий монетами кошелек. Я с трудом прикусываю себе язык, чтобы не остановить его, но не сейчас, не публично. Этот козел ничего не сделал, но от награды не отказывается.

Кошель быстро пропадает в складках его мантии, морщинка меж бровей чуть разглаживается:

— Жрец Стихий не может отказать страждущим в помощи, — говорит со смиренным видом.