Русалка в академии

Но, конечно, вам следует стараться.

Отстрелявшиеся заходят в канцелярию, получают последние бумажки и расходятся по домам отсыпаться — даже на совместные гулянки сил нет. Впрочем, к вечеру пара компаний договаривается собраться: одна из преимущественно дворян, едут к одному из них в гости. Другая собирается завалиться в какой-то кабак. Меня, разумеется, никуда не приглашают, как, впрочем, и еще несколько студентов из бедных купцов и одного стипендиата из крестьян. Впрочем, те живут в общежитии и решают просто устроить себе отдельную тусовку.

Когда Ярис зовет меня в зал для проверок, я даже теряюсь.

— Мне тоже надо?

— Это стандартная процедура, артефакторы проходили ее каждые три дня.

— Зачем?

— После каждой проверки выбирают самую слабую из стихий, объединяют студентов с этой стихией и следующие дни ее старательно раскачивают, чтобы подтянуть под уровень остальных для большего равновесия.

— И этот результат станет моим официальным? — уточнила с тяжким вздохом.

Ярис лишь кивнул, не понимая моего затруднения. Черт, если бы он заранее сказал, что это будет. . . мне, конечно, лестно быть девушкой с четырнадцатым уровнем магии, но одно дело, когда это слухи, а другое, когда официальная информация.

— А, может, я потом пройду тест? — лепечу, косясь на стоящих неподалеку студентов."

"— Арина, хватит, пожалуйста, мы все устали. Просто сделайте как все и получите бумаги.

— Но... может, мы могли бы сперва переговорить наедине, — я всеми силами сигналю в сторону студентов, пытаясь показать, что не могу говорить при них.

— Госпожа Бороув, правила едины для всех, — он добавляет в голос еще больше строгости и распахивает передо мной дверь комнаты.

— Может, вы сами запишите мой результат? — говорю с затаенной надеждой.

— Преподаватель, ведущий практику, не участвует в оценке результатов, чтобы не было соблазна повлиять на них, это закон, — отрезает Ярис и захлопывает за мной дверь.

Черт.

В комиссии присутствует несколько преподавателей, лишь часть из них мне знакома, и ректор. Они смотрят на меня с выражением вивисекторов.

— Имя? — строго спрашивает ректор, зарывшись носом в толстый журнал и притворяется, что мы не знакомы.

— Госпожа Арина Бороув, — говорю, не дрогнув, и передаю членам комиссии свои документы.

Сама процедура проверки обычна и даже скучна. Когда я прохожу другие стихии, за моей спиной в очередной раз начинают обсуждать, как это возможно, чтобы у человека не было вообще других стихий, кроме основной. Обычно хоть что-то, хоть чуть-чуть, но откликается, а у меня абсолютная пустота. Слушать, как тебя обсуждают и оценивают, хоть и в полголоса, весьма неприятно.

Наконец, подхожу к алтарю Воды. Тут бы мне как-нибудь уменьшить свою силу, скрыть ее, да только непонятно, как.