Хозяйка кафе при академии магии

Синьор то ли отношение своё хочет показать, то ли послал своих подчинённых узнать причину моего появления, то ли проверяет, сколько я готова терпеть ради встречи, ведь человек, которому ничего не нужно, уйдёт через полчаса-час, а то и раньше.

Я сижу, сохраняя на лице приветливую улыбку.

В ладони появляется мобильник, и я вздрагиваю. Как невовремя! Секретарь бросает на меня острый взгляд. Я отвечаю вопросительным взглядом, и секретарь снова утыкается в бумаги.

Я же, пользуясь тем, что за бедром мобильник не видно, перевожу взгляд на экран.

«Душа, компенсация зачислена. Желаете ознакомиться с деталями?»

Нет, чуть позже, благо таймер к сообщению никто не прикрутил. Теоретически, я могу откладывать бесконечно.

Дверь кабинета резко открывается, и в приёмную выходит крупный мужчина с шикарной вьющейся шевелюрой. Снежно-седой, лицо изрезано морщинами, но глаза ясные и злые.

Секретарь моментально испаряется.

Я медленно поднимаюсь, попутно отбрасываю мобильник, уверенная, что он тотчас исчезнет, исполняю реверанс.

Синьор презрительно фыркает, молча рассматривает меня с минуту.

Я тоже молчу.

И дожидаюсь едкого вопроса:

— И что же случилось у барона, если он отправил тебя ко мне за деньгами? Пфф!

А всё гораздо хуже, чем я ожидала…

— Синьор Катц, я пришла не за деньгами. И вы заблуждаетесь, считая, что меня подослал барон.

— Ха, уясни сразу, девочка. Денег не будет.

Глава 14

Хм, я бы не была так уверена.

— Синьор Катц, я повторюсь. Я пришла не для того, чтобы просить денег. Мне хватит трёх минут вашего внимания, а дальше, я уверена, вы сами захотите продолжить разговор.

— Что же, проходи.

Он скрывается в кабинете.

Когда я переступаю порог и плотно закрываю за собой дверь, синьор уже сидит за внушительным рабочим столом, опирается локтями на столешницу, пальцы сцеплены в замок. Смотрит на меня неприязненно, демонстративно враждебно, а на столешнице лежат карманные часы. Я не могу издали рассмотреть бег стрелок, но мне и не нужно. Вместо трёх запрошенных минут мне хватит одной.

Стул для посетителей стоит, но синьор мне его не предлагает, и я остаюсь на ногах.

— Синьор Катц, до меня дошли сведения, источник которых я не могу назвать. Управляющий судовой компании вашего старшего сына перевозит запрещённые грузы. Ваш сын уже начал что-то подозревать, но, боюсь, не осознаёт, насколько всё серьёзно. Мне нужно говорить, что очень скоро на вашего сына состоится покушение?

Презрительную невозмутимость я пробила навылет. Синьор откидывается на спинку своего троноподобного кресла, будто желает отстраниться от моих слов. Его ладони опускаются на столешницу.

— Ты понимаешь, что ты сейчас говоришь? — хрипло спрашивает он.