Любовь в академии

Мало поступить в Академию Пламени — надо суметь в ней учиться и продемонстрировать значительный прогресс в учебе. Тебе совсем сложно будет. Но ничего, твой куратор наверняка что-то придумает.

Н-да…

Ректор точно что-то придумал. Иначе стал бы он говорить о неспешной адаптации? Зато понятно, почему Азаарт порывался напоить меня зельем, которое должно было бы помочь мне научиться читать. И как удачно, что Эдмард собирался сопроводить меня на следующее занятие по ментальным щитам. Смогу поинтересоваться перспективами и прикинуть вероятность своего отчисления.

Дальнейшие рассуждения споткнулись о реальность, ведь я очутилась в зале, где многие адепты сидели на разноцветных ковриках для йоги. Но если коврики меня просто удивили, то огромные белоснежные и явно металлопластиковые окна во всю стену “добили” окончательно, я едва не пропустила мимо ушей блаженный вздох Дойла:

— Блаженство.

Парень стоял и с отсутствующим видом рассматривал абсолютно ровный белоснежный потолок со встроенными лампочками. Рассудив, что ничего блаженного в энергосберегающем освещении точно нет, я уточнила:

— А ты что видишь?

— Янтарную пещеру. Мы же в пещере, Люба! Смотри! Тут не только своды из янтаря, даже пол выложен из чистейшего с золотистыми вкраплениями камня.

Дойл упал на одно колено и с восхищением приложил руку к плитам из керамогранита. Даже обидно стало. Кому-то красоты неведомых пещер, а мне кусочек привычного мира.

— Смотрите, Третьего уже унесло иллюзией, — хохотнул незнакомый парень.

Точно весельчак из защитников или разрушителей. Как же плохо, что все первогодки носят одинаковую форму без отличительных знаков. Первые нашивки адепты получат после первых зачетов. Они же окончательно утвердят распределение по факультетам. Теоретически я могу оказаться в больше степени разрушителем или защитником, чем эмпатом.

Теоретически.

Я точно не собираюсь менять факультет. Как и демонстрировать свой золотой огонь. А значить должна позаботиться о благополучии всей группы. Эдмард, помнится, тоже намекал на что-то подобное, когда говорил, что от правильно настроенного эмпата выиграют все. Испуганный эмпат заразит своим страхом, зато воодушевленный станет транслировать дозы отваги…

Дойл первый нашел свое место в зале и шлепнулся на коврик, над которым е парила табличка с его именем. Я же двинулась по проходу в поисках своей таблички, но и не успела сделать и десяти шагов, как ощутила болезненный тычок в спину. Судя по тому, что все адепты оставались на своих местах, никто не заметил подлого удара, но я мгновенно выделила злорадствующую фигурку Майлы и уверенно направилась к ней.