Кухарка в академии яда. Дракон, компот и антидот! (СИ)

– Пушистый ты засранец! – обрадовалась я и закружила перса в воздухе под его недовольное мявканье и кислую мину.

Вскоре я уже разворачивала принесенный Злыднем грязно-желтый оборванный листок газеты. Он страшно вонял рыбой и был таким замасленным, что расплывшиеся буквы читались с трудом.

– На помойке, что ли, нашел?

– Если тебе что-то не нравится, можешь выкинуть его, глупая людинка!

– Ладно-ладно, мне все очень нравится.

Обрывок оказался аж тридцатипятилетней давности. Там был кусочек статьи о том, что доблестные стражи Меракса Цезариона, наконец-то, отыскали ведьму, которая похищала и убивала девушек. И предали ее справедливому царскому суду. На рисунке к статье была изображена жуткая женщина со злобным лицом. У нее были длинные клыки, и вообще она действительно как будто источала злобу даже с этого жалкого клочка, который я держала в руках.

– Ее звали Гелла Кромвел. И, кажется, она возродилась из мертвых и ей что-то от меня надо. Например, Сердце Дракона.

– Думаешь, она про него знает? – насупился Злыдень.

– Похоже на то, – я с содроганием вспомнила недавнюю встречу с женщиной в черном. – Сорок лет назад, надо же… Получается, Меракс Цезарион тогда уже правил?

– Почти ровно год, как покончил с Сайфером и взошел на престол.

– Хорошо же он сохранился для своего возраста.

– Меня бы на твоем месте волновал бы не внешний вид кесаря, а совсем другие вещи.

– Какие?

– Чтобы меня покормить, например! Ты обещала гамбургер.

– Вряд ли в ближайшее время у меня будет время им заняться, – покачала головой я, завидев Бабетту.

Гномка была жутко недовольна тем, что я так надолго покинула свой пост, поэтому пришлось бежать на кухню.

Вечером же на подготовительных курсах у нас состоялось занятие по ядам, которое вел Риган Шакс.

В центре аудитории стояло что-то, по форме и размерам похожее на шкаф. Этот предмет был накрыт зеленой шелковистой тканью.

Проректор восседал за преподавательским столом, рассматривая бумаги, и ни на кого не обращал внимания.

Сейчас он выглядел очень строго и отстраненно. Но я… Я помнила его с мокрым обнаженным торсом. Помнила, как будто это было наяву.

Рик обрадовался, но я, наоборот, опечалилась. После откровенного совместного купания в озере каждая встреча с проректором давалась мне с трудом.

В последнее время этот статный красавец и так не шел из моих мыслей и снов. А столкновения с ним в реальности только усугубляли ситуацию. Я чувствовала, что влюбляюсь и злилась на себя, потому что ничего не могла с собой поделать.

Я ощущала его взгляды на себе. В них было что-то особенное. Что-то, заставляющее все внутри пылать, а кулон на шее – нагреваться.

Он выделял меня, был заинтересован мной.

Самое ужасное, что это его внимание не оставляло меня равнодушной.