Айвири. Дилогия (СИ)

Итан помнил, как кольнуло ледяной иголкой у сердца, но решил… сам не знает, что решил, что ошибся. Здесь, так далеко от Ардана, в окружении вечного лета так не хотелось вспоминать холодный дом и демонов.

— Галия его осматривала?

— Да что эта полудохлая может. Они все спят и видят, как бы вернуться в свои застенки и молитвы Лаари шептать, — огрызнулась девушка, уже окончательно придя в себя.

Галию она тоже не простила.

Израсходовав силы на Блейна, целительница так и не смогла вытащить Наяза. Да никто не мог. Демоны уже сделали своё дело. Когда целительница добралась до тела, искра уже погасла. Но Джилия всё равно не могла простить.

— Прояви уважение, — произнёс Итан, не слишком настаивая. — Тебе отлично известно, как они пострадали этой зимой. Набеги участились и работы целительницам прибавилось. Они и так почти выгорели.

— Или просто нам стали поставлять бракованных девиц.

— Джилия…

Девушка отмахнулась, вытягивая ноги и прислоняясь спиной к стене.

— Не смотрела твоя Галия Блейна. Никто не смотрел. Говорю же, заперся в комнате, никого не пускает."

"— Она не моя, — зачем-то возразил Итан, задумчиво потерев подбородок. — Я с ним поговорю. А ты пришли ко мне одну из девушек.

— Которую?

— У которой сил побольше осталось.

— А разве такие у нас есть? — горько усмехнулась Джилия.

— Ты поищи, — отозвался Итан и повернулся к лестнице, напоследок бросив. — И переоденься. Церемония скоро.

— Мне и так хорошо, — независимо крикнула она ему в спину.

— А должно быть ещё и красиво, — поднимаясь по ступенькам, отозвался ликан. — В Иллиуме другие порядки, Джил, не стоит их так сильно шокировать. Нам и так не слишком рады.

— А нам нигде не рады. Несмотря на то, что именно благодаря нам демоны ещё не пробрались через заснеженные горы, — пробормотала девушка, не сводя тоскливого взгляда с удаляющегося мужчины.

Он так ничего не понял.

Ни тогда, ни сейчас.

Итан поднялся на второй этаж, свернул направо и замер на мгновение у комнаты Блейна. Изнутри не доносилось ни звука, но мужчина знал, что Серый не спит. Это проклятье и благодать чувствовать каждого из связки практически так же ярко, как и себя.

Три месяца назад Итан едва не сдох, когда вместе с отцом ставил заглушки всем шестерым. Уж слишком ярким было чувство потери. Смерть Наяза и ранение Блэйна не прошли бесследно, усиливая собственные эмоции в несколько раз.

И теперь всё начиналось снова.

Прижав руку к тёплой поверхности двери, ликан улавливал раздражение, боль и… холод. Он был таким ярким, что заколол на коже, опалил стужей ладонь. Мужчине пришлось приложить усилие, чтобы не одёрнуть руку и не отшатнуться.

Здесь в стране вечного лета стужа казалась настоящим святотатством.

Выходит всё намного сложнее, чем они думали и даже могли предполагать.