Айс и Ангел

Тщательно скрывая радость моей маленькой победы, я повернулась к Руби и как можно вежливее сказала: “Если вы уверены, что это не очень ужасно, мы будем рады принять ваше приглашение”.

“Отлично. Тогда решено. Собирайте вещи и следуйте за мной”.

ЧАСТЬ 2

Внутри дома Руби было все точно так, как я помнила: тепло, комфортно, пахло кедром и свежими, горящими дровами. Я счастливо вздохнула, мое напряжение таяло, как снежинки на моей одежде, когда она подвела нас к огромному каменному камину, занимавшему большую часть стены.

Запахи всегда имели некую власть надо мной, даже когда я была маленькой: могли расслабить или подбодрить. Помню, как холодным зимним утром я заходила в ванную, открывала бутылочку с кремом для загара, прикасалась к песчинкам, все еще прилипшим к горлышку, вдыхала запах, и мои мысли немедленно переносились в солнечный день на пляж, мне казалось, что я слышу шум прибоя, пронзительный крик чаек, кружащих над песком в поисках объедков.

Также, как песня может напомнить вам о печально закончившейся истории любви, или как луч заходящего солнца, пробившийся сквозь деревья, напоминает о чудесном дне, запах дома Руби, с его веселым пламенем в камине, делает меня счастливой, юной и свободной.

– Грейтесь пока у огня, а я принесу вам сухую одежду. Ты будешь отлично смотреться в моем халате, Тайлер. А ты, – Руби посмотрела на мою высокую спутницу, – думаю, что подберу тебе что-нибудь из старой одежды Джека. Оставайтесь здесь, я скоро вернусь.

И она зашагала из комнаты своей быстрой походкой, той самой, что всегда была ей присуща. Я посмотрела на Айс, греющую руку у огня, который дружески пылал и потрескивал в камине.

Извини, – сказала я мягко, ни за что особо не извиняясь. Просто нужно было что-то сказать, чтобы хоть как-то снять напряжение, повисшее между нами.

Она мрачно взглянула на меня, пожала плечами:

Да все нормально, – и снова уставилась в огонь, по-видимому, поглощенная его мерцанием. Судя по всему, «нормально» все не было. Это значило, что я перешагнула через еще одну невидимую границу, которую она провела, чтобы защитить себя от окружающего мира; значило – как бы я ни думала, что хорошо знаю ее, снова и снова обнаруживала, что совсем не знаю ее.

О, Корина, как бы я хотела, чтобы ты была здесь! Мне бы сейчас пригодился твой совет.

Все-таки я скучала по друзьям, которых оставила в Болоте, и часто думала о них. Но ни по кому я не скучала так сильно, как по Корине, чья материнская забота, милое кокетство и мудрый, пусть даже саркастичный, совет никогда не подводил меня и почти всегда давал мне ответ, который я искала.

Однако, Корина все еще была надежно упрятана в Болото, и, вероятнее всего, будет находиться там до последнего своего вздоха.