Ахиллесова спина

– Погоди, Стас, – пробормотал куратор. – Успокойся. Сейчас все обсудим.

Я не стал его слушать. Не пойму, откуда взялись силы, но я вырвался, отпихнул здоровяка Кандаурова в сторону и прыгнул ко второму дорогому гостю, начальнику моего родного управления генералу Самойленко. Уж больно хорошо он стоял, слегка повернув голову вправо, открыв для удара левый висок.

Я успею врезать ему только один раз. Но и этого вполне хватит, если как следует вложиться. Височная кость не такая уж и прочная, проломлю, должен осилить."

"Не получилось. Старый головорез Сергеич поймал меня на лету, как сонную муху, завернул руку за спину, чувствительно приложил о стену и принялся тщательно охлопывать.

Он отыскал один ствол сзади за ремнем, второй на голени, по очереди отбросил их ногой к генералу и буркнул:

– Порядок.

– Стоять! – Самойленко застыл в нескольких шагах от нас, держа мой пистолет в обеих руках.

– Все в порядке, – пробормотал куратор и шагнул вперед.

– Стоять, я сказал! – заорал шеф, теперь уже бывший.

У покойников, как известно, начальства нет.

– Старый дурак! – с чувством произнес я. – Кому ты поверил?

На Сергеича было жалко смотреть. Он топтался на месте как бегемот и бормотал себе под нос что-то совершенно неразборчивое.

– Вы абсолютно правы, Кондратьев, – сказал генерал, сделал шаг в сторону и уселся в кресло. – Действительно дурак, сам же меня и привел. – Он покачал головой. – Как только таких тупиц в разведке держат?

– Па-па-па, – прошептал Сергеич.

Он стал совсем бледным, по лицу его заструился пот.

– Что он там бормочет?

– Думаю, хочет сказать, что ты подонок, – проговорил я.

– Не припомню, чтобы разрешал обращаться к себе на «ты».

– А мне как-то по барабану, – сердито отозвался я.

Мы стояли перед ним с дурнем-куратором как герои забытой картины «Допрос коммунистов». Он, сволочь такая, нагло развалился поодаль, как другой, глубоко отрицательный персонаж все с того же полотна.

Кандауров вдруг схватился за грудь, захрипел и пошатнулся. Я едва успел его подхватить.

– Замри! – Моя левая рука скользнула в верхний нагрудный карман пиджака куратора. – Там у него лекарство, – пояснил я.

– Хорошо, только плавно и медленно, – снизошел генерал. – Этот старый дурак мне пока нужен живым.

Я нащупал упаковку, достал, выломал из нее таблетку и попытался засунуть ему в рот, а он все отворачивался.

– Не надо, – прохрипел наивный старец. – Стас, я не хотел.

– Да не вертись ты, убогий! – взревел я и запихал таблетку ему в пасть. – Глотай, кому говорят!

– Какая трогательная забота, – умилился Самойленко. – А теперь, герои, садитесь на пол к стене.

– Как скажешь, – буркнул я и аккуратно уселся так, как мне было велено.

Сергеич просто сполз по стене.

– Замечательно. Теперь сдвиньте ножки.