Ах, уехал мой любимый

От нервов я сгрызла все ногти, искусала губы почти в кровь и даже несколько раз крикнула, чтобы он собрался и включил голову. Так плохо Матвей ещё никогда не играл. Он даже не играл сегодня, а… баловался. Да! Самым наглым образом баловался и даже не сильно расстраивался, когда его команде забивали очередной гол.

- Козырь! – ляпнул один из игроков его команды, уже насквозь вспотевший. – Что с тобой? Играть будешь, не?

- А я что, по-твоему, делаю? – вопросом на вопрос отозвался Матвей, словно прикинувшись дурачком.

- Что, вообще, происходит?! – высказала Алёнка мои мысли вслух. – Козырский решил слить первую игру? Или его талисман недостаточно красный?

- Да я сейчас лопну как перезревший помидор! – выплюнула я возмущенно и даже слегка привстала с места, когда Матвей в очередной раз побежал к кольцу и промазал. – Как так-то?!

Иван Степанович подал свисток, сигнализируя о том, что время вышло. Запыхавшиеся игроки разбрелись по углам и только Маслов с Козырским обменялись непонятными смешками, в которых громче всего смеялся Маслов.

Конечно! Это ведь его команда нестараниями Козырского только что выиграла первую игру!

- Так я и думал, - подхихикивал Маслов.

- Пошёл ты, - бросил ему беззлобно Матвей и одарил меня загадочным взглядом. Спрятал легкую улыбку в задранной ткани майки и довольный собой под вздохи восхищенных его торсом болельщиц, вернулся к своей команде.

Пофиг! Пусть делает что хочет, лишь бы эта майка не опускалась до конца игры.

К счастью, уже ко второй игре Матвей нашел инструкцию к своим рукам и в этот раз внимательно ознакомился. Оставшиеся три четверти игр его команда была победительницей, а почти устала краснеть и сдержанно радоваться каждому забитому голу.

- Ну, вот! – всплеснула Алёнка руками к концу финальной игры. – Может же, когда хочет! И что, спрашивается, с ним было в первой игре? Пытался понять почему мяч круглый, а не зеленый?

- Дурака валял просто, - хмыкнула я, ожидая вместе с подругой, когда освободиться проход от восхищенных фанаток парней и можно будет спокойно покинуть спортзал в перерыве между играми.

Сразу после баскетбола запланировано пять партий волейбола, а их смотреть я уже не планировала. Ну, разве что, одну. Потому что, если я задержусь дольше, чем на час-полтора после окончания уроков, то мама сразу решит, что я умерла и где-то под кустом меня доедают вороны. Поэтому, во избежание маминой истерики и папиных порицающих вздохов, лучше возвращаться домой еще до наступления заката. Ведь, как известно, стоит зайти солнцу, как сразу просыпается немытая мафия, освещающая себе преступные дорожки золотыми зубами, изготовленными из переплавленных серёжек таких гулящих и непослушных девочек, как я.

Да-да, этим меня и пугали в детстве.