Ах, уехал мой любимый

По наитию отступаю назад и тяну за собой Матвея в сторону своей комнаты. Он беспрекословно следует за мной. Чувствую, как он переступает с ноги на ногу, снимая кроссовки. По памяти кладу телефон в предполагаемое место нахождения комода и, на удивление, не промахиваюсь. Возвращаю ладони на щетину, что так невыносимо приятно щекочет мою кожу. Спускаюсь ниже, царапая его шею, забираюсь пальцами под толстовку эгоистично стягиваю её с широких плеч.

Руки Матвея лишь не несколько коротких секунд исчезают с моей талии, чтобы скинуть несчастную толстовку на пол у порога моей комнаты, а затем снова обхватывают и прижимают к горячему торсу.

- Ты уверена? – рваный шепот у самых губ.

- Просто помолчи, - тянусь к нему, но он лишь отстраняется.

И это тогда, когда мы заперлись в комнате, где нам никто не помешает?

- Посмотри на меня, - Матвей обхватывает моё лицо ладонями. Кончиком носа гладит щёку.

- Я боюсь. Вдруг это всё ненастоящее.

- Я здесь, Анют, - выдыхает уверено. – В твоей комнате и немного в шоке, - слышу улыбку в тихом голосе.

- Тем более не открою, - усмехаюсь и снова пытаюсь дотянуться до его губ.

- Посмотри на меня, - произносит он настойчивее. – Иначе я начну подозревать, что так ты представляешь кого-то другого на моём месте.

- Дурак! – распахиваю глаза и полумраке комнаты, которую освещает только луна, вижу его сверкающие глаза.

- Так-то лучше, - улыбается Матвей, тем самым подливая масло в мой внутренний костёр.

- Если утром ты убежишь без объяснения и снова исчезнешь лет на двенадцать, я открою на тебя охоту и объявлю награду за твою кастрацию, - выдаю на одном дыхании, чем вызываю на лице Матвея ещё более широкую улыбку.

- Я буду последним идиотом, если просру и этот шанс.

- Боже, как красиво ты сказал! – выдыхаю, цепляясь за широкие плечи, чтобы самовольно украсть его поцелуй и утонуть в моменте.

И Матвей поддается. Склоняется ко мне, чтобы я меньше стояла на мысках и больше отдавалась ощущениями. Тянет за пояс халата, и ещё одна деталь нашего гардероба падает холодным облаком у ног.

Не позволяю нам обоим одуматься – цепляю пальцами подол шелковой, холодящей кожу, сорочки и стягиваю её через голову, разрывая поцелуй.

Восхищенный выдох срывается с губ Матвея. В тишине комнаты слышу, как шумно он сглатывает и, кажется, застывает.

В затуманенный горячим желанием мозг врывается поток холодного ветра стыдливости. Обнимаю себя за плечи и опускаю взгляд.

- Не прячься, - шепот Матвея закрадывается в мысли пуховым одеялом. Теплые пальцы обхватывают мои запястья и закидывают руки ему на шею. – Ты очень красивая, Анют. Идеальная.

Губами скользит по губам, отчего я снова забываю обо всём на этом чертовом свете.

- Только не на кровать, - останавливаю Матвея, когда в плавном танце он подталкивает меня к кровати.