Александр Агренев. Трилогия (СИ)

Он поднялся, повернулся к недавним противникам, что неторопливо стаскивали с себя маски, и спросил, с проскальзывающими в голосе нотками подозрения:

— Что-то больно легко все вышло. Никак подыгрывать мне нача…

Дбаум!

Недавнего победителя, поперхнувшегося на полуслове, словно бы лошадь лягнула, мгновенно приземлив туда, откуда он только что и встал. Прикушенный язык, легкая дезориентация и отчетливый звон в голове — то ли от сильного удара об стену, то ли от маски, чей подбородочный ремень впился в шею форменной удавкой… Выждав пару секунд, Александр открыл глаза. Поглядел на отчетливую вмятину на самом краешке бедренного щитка, и перевел взгляд выше. Закрыл глаза. Открыл. Игнат, стоявший в горделивой позе и с дробовиком в руках, пропадать категорически не желал. Не обращая внимания на пульсирующую чем-то горячим ногу, князь слегка подтянулся на руках, приваливаясь к стене поудобнее, и заскреб кончиками пальцев по пряжке ремешка-удавки.

— Александр Яковлевич, вы как?

— Сносно. Да что за черт!

Скрипнула кожа, распадаясь под остро отточенным лезвием, и маска-шлем полетела в грязь.

— Игнат. Ты где такую игрушку взял?

— А это нам Иван Михайлович на испытание передал, еще с неделю назад. Сказал, что сработал по вашему заказу, для полиции. Чтобы, значит, стрелять по бунтовщикам, и не убивать их. Ну и вот!

— Какой Иван Михайлович?

— Так Браунинг?..

— Понятно. Ну и как испытания?

Игнат потерял большую часть уверенности.

— Командир, так мы же поперва на себе, все честь по чести — я и сам под пульки эти гуттаперчевые вставал, нормально. А вы же сами говорили, чтобы мы вас чем-нить новеньким порадовали…

— Это да! Уж порадовали, так порадовали. Ух, ё!

Утвердившись на ноге (вторая ощутимо подламывалась), побежденный фабрикант последовательно сбросил с себя всю защиту, бережно ощупал бедро и еле удержался от того, чтобы не сплюнуть.

""Здравствуй, любимая трость!"".

— Вы когда на себе испытывали, в защите были? Так, а с какого расстояния стреляли?

— С десяти сажен.

""Двадцать метров, значит"".

— В грудь?

— Так точно.

Плевок отчетливо запросился на волю. Мало того что в него пальнули с вдвое близкого расстояния, так еще и попали очень удачно, как раз в стык между щитками. Тонкими щитками — грудная кираса была заметно толще остальной защиты. Вдобавок, использовали длинноствольное оружие с новым, толком не проверенным боеприпасом. За-ши-бись! Не был бы он уверен в преданности своих, гм, ""экспедиторов""… Очень плохо бы на них подумал. С соответствующими выводами.

— М-да. Ну что же, молодцы, хвалю! Премия — всем четверым, заслужили."

"""Убитые"" экспедиторы тут же облегченно зашевелились, время от времени довольно улыбаясь и провожая внимательными взглядами командира, захромавшего к выходу.