Александр Агренев. Трилогия (СИ)

Вот приедут на пограничный пропускной пункт, сдадут вагон (вернее груз в нем), представителям господина Грейта — а на обратном пути можно немного и расслабиться, побаловать себя разносолами.

— Эх!

Паузы между стуком колес удлинились, покачивание вагона стало более плавным — и Демид, по этим нехитрым признакам определивший скорое приближение очередной остановки, решил избавиться от излишков жидкости. С тем, чтобы на самой станции выкинуть почти полнехонькое поганое ведро — в холодном товарном вагоне его содержимое довольно быстро замерзало-каменело, почти намертво прилипая к оцинкованным стенкам. Подумав о том, как кто-нибудь из железнодорожников наверняка соблазнится новеньким, блестящем на свету ведром, и обязательно постарается пристроить его у себя в хозяйстве, он ехидно заухмылялся — теперь-то он полностью понимал слова командира о ""безотходном производстве"". А представив себе выражение глаз очередного рачительного хозяина, понявшего, чем именно полным-полно вожделенное ведерко, оправляющийся экспедитор не удержался и сдавленно хрюкнул, старательно давя смех. Закончив свое мокрое дело, мужчина с наслаждением потянулся, разминая изрядно онемевшее от долгой неподвижности тело — и от резкого толчка едва не упал на напарника. Шепотом обматерив косорукого машиниста, не умеющего толком затормозить состав, Демид стал осторожно рыться в экспедиционном ранце, пытаясь на ощупь выудить из него спиртовую горелку. А так же завернутый в промасленную бумагу хлеб, банку с рационом, и банку с какой-нибудь зеленью — пойдет как приправа к каше.

— Ты чего? А, эт правильно, это мы завсегда…

Зевая так, что слышался тихий хруст в челюсти, Игнат поспешил повторить почти все действия товарища: облегчился, потянулся, споткнулся о свой же спальник (свободного пространства было до ужаса мало) и в полный голос упомянул нечистого. Щелкнул зажигалкой, в данный конкретный момент выполняющей роль небольшого фонарика, и опять позевывая, осведомился немудреным меню их раннего завтрака:

— У тебя что?

— Говядина, с горохом.

— Не, надоела!

Пару минут поковырявшись в рюкзаке, второй экспедитор с победным возгласом вытянул свинину с гречкой.

— Последняя!

— Угум, остальные ты уже сожрал.

Приняв по пятьдесят грамм прямо из бачка горелки, сугубо для аппетита (такие ""утечки"" топлива были вполне плановыми и осуществлялись с дозволения начальства), напарники устроились поудобнее. Поставили банки с кашей на язычки полупрозрачного спиртового пламени, горевшего на диво ровно (несмотря на наличие довольно сильных сквозняков), и принялись терпеливо ждать.