Александр Агренев. Трилогия (СИ)

Кстати, прежде чем давить на рычажки и кнопки, надо было воспользоваться ключом – небольшой такой металлической пластинкой с весьма и весьма затейливой перфорацией по центру.

– Слушай, мне кажется или они потяжелели?

Григорий в ответ с некоторым сомнением взвесил на руках чемодан с такой ценной бумагой и задумался, вспоминая – изменился вес или нет? Впрочем, вопрос его друга явно был риторическим и ничуть не помешал ему принять и уложить на небольшую тележку очередной кожаный чехол для банкнот.

– Последний.

Положив поверх него небольшой чемоданчик-кейс со сборно-разборным карабином под револьверный патрон и три «колотушки» (мало ли, вдруг понадобится при посещении банка?), Александр закрыл дверь, легким движением кисти выдернул ключ из прорези в наборной панели, отступил на шаг и привычно-ленивым движением ткнул носком сапога один из кирпичей рядом с полом. Дождался, пока стена с тихим шорохом поползет по направляющим, и отвернулся, еще раз оглядев стопку чемоданов на тележке. Вздохнул:

– Знал бы, что так получится, – оставил бы статуэтки в Германии.

Гриша согласно кивнул и дернул плечами в непонятном даже для него жесте – он пока еще не привык спокойно и даже с некоторым равнодушием относиться к такой куче денег. А вот для командира они всего лишь инструмент, причем не единственный, а лишь один из многих."

"Перегрузив чемоданы в большой ящик, а его, в свою очередь, докатив до наружного грузового пандуса (где вот уже вторые сутки все никак не могли отгрузить очередную партию товара Вальтеру Грейну), фабричное начальство с недовольством поглядело на яркую луну, освещающую все получше любого прожектора, и разрешающе махнуло рукой. А потом некоторое время наблюдало за тем, как ценный груз сняли с тележки, запихнули в самый дальний конец вагона и стали сноровисто заставлять штабелями стандартных оружейных ящиков.

– Может, еще сопровождающих добавить?

– Нет, троих вполне достаточно. Ну что, нас ждет еще одно небольшое дело?

– Давно пора.

Пока они шли обратно под землю, Александр успел поинтересоваться: почему у троицы «тружеников ножа и топора» такие клички? Не так чтобы его и вправду сильно занимал этот вопрос, но все же было любопытственно, за что можно получить творческий псевдоним вроде Рваного или Семинариста. С Яшкой Лошадью все было понятно и так. Как говорится – с первого взгляда на его благородную и слегка вытянутую в челюсти наружность, а также необычайно крупные прокуренные зубы. Те из них, что уцелели конечно же.

– Первому как-то в драке ухо до половины оторвали, но потом приросло. А второй в свое время с полгода проучился в Калужской духовной семинарии – вот и отметили.