Александр Агренев. Трилогия (СИ)

Кстати, деньги на это оружейнику выделили с запасом, но расставаться с ними, когда можно сделать все самому… прямо хоть плачь!

Только спустя неделю после отъезда Греве Александр смог добраться до штаба бригады, вернее, до начальника этого самого штаба полковника Толкушкина.

– Проходите, поручик, проходите. Это с чем же вы ко мне пожаловали, позвольте осведомиться?

– Господин полковник, хочу поставить вас в известность о том, что подал заявку на участие в конкурсе, в комиссию по выработке мелкокалиберного ружья при Оружейном отделе Главного артиллерийского управления.

– Не удивлен, да-с. С вашими-то талантами… Да вы присаживайтесь, Александр Яковлевич, прошу вас.

Минут пять князь перечислял тактико-технические характеристики своей винтовки, а полковник увлеченно слушал, попутно осматривая оружие: выбил затвор и осмотрел казенник, отомкнул-примкнул магазин и раз двадцать приложил приклад к плечу, оценивая баланс. Развлекался, одним словом.

– Н-да-с… Это вы правильно сделали, Александр Яковлевич, что решили принять участие в конкурсе, да. Патрон тоже сами?

– Никак нет, патроны и стволы от инструментального отдела Петербургского патронного завода. Это согласно условиям конкурса, Олег Дмитриевич.

– Стало быть, приняли калибр в три линии. А хорош ли новый патрон в деле?

– Пока нареканий нет, но…

– Что же вы замолчали? Прошу вас, продолжайте.

– Нельзя ли устроить испытания моей винтовке и по их результатам написать отзывы? Признаться, мне бы это весьма пригодилось впоследствии.

– Ну, эту безделицу мы устроим легко, лишь бы патронов хватило. Я и сам, пожалуй, не откажусь поучаствовать. Если только возможно, не поведаете ли вы, чем окончилось то ваше дело, с господином Вятовым? А то ваши секунданты даже намекнуть отказываются, черти этакие, прости господи!

– Охотно. Суд чести рекомендовал мне принять извинения, и, разумеется, я последовал этому совету. Господин Вятов принес мне свои извинения публично, посредством наших «Губернских вестей», как раз перед своей отставкой. Вроде бы жандармы нашли какую-то дурнопахнущую историю, да еще и не одну… Подробностей я, увы, не ведаю. Вот, собственно, и все.

– Н-да-с. Чинуши!

«То есть мне патронов не останется, а полковник-то как расцвел! Без сомнений, Олег Дмитрич первым делом подумал о том, что благодаря моей заявке о 14-й Ченстоховской пограничной бригаде лишний раз вспомнят в столице, и наверняка благожелательно вспомнят. Тем более что я обязательно упомяну ту неоценимую помощь и поддержку, которую оказывал скромному поручику аж сам начальник штаба бригады.