Александр Агренев. Трилогия (СИ)

– Итак?

– Ваше сиятельство, я должен передать письмо вам лично в руки и дождаться ответа!

Хотя немец говорил серьезно и с очень значительным выражением на лице, Александр с трудом удержался от усмешки: уж больно забавно шепелявил порученец «пушечного короля». Получив в руки письмо, князь немного озадачился его объемом: вместо того чтобы достать конверт из портфеля, ему отдали портфель полностью – большой, коричневый и явно набитый бумагами. Александр задумчиво повертел его в руках и, молча вздохнув, принялся знакомиться с содержимым. Старина Фридрих черкнул для него всего пару строк, остальное место занимала солидная пачка техдокументации на модернизирующийся завод: планы, счета, акты сдачи-приемки и ввода в эксплуатацию, скрытых работ… Отдельно лежал подробный отчет племянника Лунева по имени Геннадий, в котором тот полностью подтверждал выполнение всех работ первой очереди, то есть новые домны, мартеновские и бессемеровские печи уже стояли в полной готовности.

«Неплохо, часть работ сделана, причем большая часть. Теперь очередь прокатных станов и другого оборудования».

Поискав среди завалов корреспонденции письма от Шухова (нашлись сразу три), он вскрыл самое последнее по дате.

«Ну что же, причин сомневаться вроде бы и нет».

Достав чековую книжку «Дойче-банка» и легонько постукивая ею по своему письменному столу, хозяин осведомился у гостя:

– У вас больше ничего нет для меня?

Почитав расписку Фридриха Альфреда Круппа, в которой тот признавался в получении шестисот тысяч марок от владельца РОК, Александр взамен дал почитать посланнику заполненный по всем правилам чек на такую же сумму, после чего запечатал его в самый дорогой конверт, что у него имелся.

– Прошу передать мои самые лучшие пожелания герру Круппу!

– Яволь! Непременно. Позвольте откланяться.

«Офицера-отставника ко мне, что ли, прислал? Или действующего? Акула капитализма!»"

"Только он успел переодеться и попросить домохозяйку побаловать его вкусным, хотя и запоздавшим обедом, как в прихожей затопал очередной гость. Ротмистр Николаев с трудом держался в рамках приличий, целых пять минут разговаривая на посторонние темы. Наконец, посчитав, что все условия соблюдены, он перешел к делу:

– Поручик, помилосердствуйте! Господа офицеры меня в форменную осаду взяли, по всем правилам военной науки. Давеча даже в ресторации отыскали! Что же прикажете им отвечать, можно ли обнадеживать?

– Конечно! Не далее как через десять дней я ожидаю прибытия груза с фабрики.

– О! Позвольте полюбопытствовать, сколько и чего ожидается?

– Все, как и уговорено: пятьдесят штук «рокотов», двести «орлов» и столько же «плеток».

– А боеприпасы к ним?

– Разумеется. По триста патронов на ствол, ну и всякая мелочь, как в прошлый раз.