Александр Агренев. Трилогия (СИ)

Никаких лицензий именно на эти патенты не будет как минимум три года.

– Но!.. Как вам угодно.

Князь задавил все возражения одним пристальным взглядом.

– Мои патенты и прочие дела… Они принесли вам неплохой доход, не правда ли?

– Истинная правда. Но я не понимаю?

– А вам и не надо понимать, дорогой Вениамин Ильич. Главное – чтобы я понимал. У меня большие планы, и если вы и дальше будете в точности исполнять все мои поручения, обещаю: быть вам миллионером, и достаточно скоро. Альтернативу… вы и сами знаете. Вам все понятно?"

"Господин Лунев задавил свои переживания в одну секунду: его клиент иногда отдавал непонятные распоряжения, но всегда исполнял то, что обещал. А посему…

– Ваше сиятельство, позвольте уверить вас в моей совершеннейшей преданности!

Подписав наконец акт приема-передачи заявок, поручик совсем было хотел отпустить стряпчего, но вовремя вспомнил про ожидающих его «двоих немчинов». Наверняка это господин Крупп прислал юриста с сопровождающим его инженером.

«Однако старина Фридрих весьма оперативен. Видать, тоже сроки поджимают или деньги кончаются…»

Познакомившись с очередными за сегодняшний день собеседниками и представив им своего спутника, Александр поудобнее устроился на диване и приступил к общению сразу на немецком языке.

– Итак, господа! Договор готов? Отлично, прошу передать его господину Луневу. Конечно, он тоже юрист. Вениамин Ильич, прошу ознакомиться и проверить.

Пока два юриста мерялись… профессионализмом, поручик диктовал инженеру перечень того, что он хочет видеть на своем заводе.

– …производства белой жести, включая цех гальваники, и, разумеется, прокатный стан для рельс, герр Глейх.

– Яволь, битте. Прошю смотреть списокь, я все верно записаль?

На родном языке Александра инженер говорил с забавным акцентом, заставляя своего собеседника прилагать некоторые усилия для сохранения серьезного выражения на лице. Зато юрист оказался настоящим полиглотом: и на русском, и на английском, и, разумеется, на немецком языках он говорил совершенно свободно, то и дело перескакивая с одного на другой. Стряпчий тоже не отставал, и в результате обсуждение договора слегка затянулось. Через полчаса картина почти не изменилась: два юриста все так же увлеченно общались, инженер, сосредоточенно нахмурившись, составлял набросок калькуляции, а поручик откровенно скучал. Камнем преткновения стал всего один пункт в договоре: Крупп желал провести модернизацию завода полностью своими силами, а князь Агренев всю строительную часть планировал отдать «Строительной конторе Бари» с некоторой посильной помощью имеющегося на заводе персонала. И не просто запланировал, а даже получил предварительное согласие Владимира Шухова.