Агония Хана

– Меньше всего я бы доверяла зверям! И ты ошибаешься – биология как раз-таки имеет непосредственное отношение к качествам. Гены, знаешь ли…гены. С ними не поспоришь.

– Не каждый, кто зовется родственником, достоин им быть…Поэтому одного названия слишком мало. А гены…всего лишь результат спаривания отдельных индивидуумов.

Албаста повернулась к ней искалеченной частью своего лица."

"– Слишком умна для своих четырнадцати…горжусь тобой. Вот что сделал со мной зверь. Этого достаточно, чтобы не доверять…

– Когда зверь защищает свою территорию или охотится, он потакает инстинктам. Ничего личного. А человек наоборот. Вряд ли зверь ходил по улицам и набросился на тебя, тебя отдали ему на съедение. Потому я всегда знаю, что можно ожидать от зверя…

– Конечно, ведь ты всю жизнь прожила с самым бешеным из них.

Как же ей хотелось вцепиться в глаза этой красногубой суке, выдрать их с мясом и потом плюнуть в каждую пустую глазницу.

– Нет. Мой отец всего лишь человек. Один из худших представителей своего вида. Как, впрочем, и ты.

Удержалась, чтоб не усмехнуться, когда увидела, как дернулся глаз красногубой. Зачем-то она этой старой и хитрой суке нужна, если терпит дерзость Эрдэнэ… А она терпит. Еще как терпит. Очень хочет ответить, но молчит. А значит то, чего она жаждет, намного дороже сиюминутного удовольствия поставить на место дерзкую внучку, которая и на хрен ей была не нужна все это время. Только интересно, что именно. Вначале Эрдэнэ думала, что ее заставят выступать в цирке уродов, но пока что такого предложения не поступало, хотя, возможно, оно поступит именно сегодня.

– Где эта женщина? Сначала я хочу ее увидеть. Мы слишком долго разговариваем. Тебе не жалко времени? Это ведь самое драгоценное, что есть у человека.

– Идем… я тебе ее покажу. А потом настанет черед моих условий.

Они приблизились к вольерам, где в цирке держали животных. Запах фекалий, мочи, сырого мяса, которым кормили хищников, и гнилых фруктов бросились в нос девочке и заставили поморщиться. Посреди этих клеток она заметила маленькую хрупкую женщину с золотыми волосами, на ее шее надет ошейник, она лежит на полу на цепи, как собака. На ней какие-то лохмотья, скорее напоминающие тряпки нищенки, чем одежду.

– Эй! – Албаста ударила рукоятью плети по клетке, и женщина встрепенулась, приподняла голову, а потом заметила Эрдэнэ, вскочила и хотела броситься к прутьям клетки, но ошейник ее удержал, и она со стоном упала на колени. Ее всю трясло, и она не сводила взгляда с девочки. Как будто увидела призрака…Значит, Албаста действительно сделала так, что отец и все остальные считают Эрдэнэ мертвой.

– Эрдэнээээ, – прохрипела и протянула к ней руки.