Агония Хана

Глава 9"

"Албаста просматривала кадры с репетиции нового выступления и отмечала в тетради те моменты, которые ее не удовлетворяли. Потом посмотрела на Сансара, и тот, как всегда, чуть не вздрогнул от ее косого асимметричного лица. Подумал о том, чтобы предложить ей сделать пластику, но не стал. Не хотел создавать между ними напряжение. Ему нравилось с ней сотрудничать. Нравился ее мозг и то, как извращенно она придумывала свои козни. Он чувствовал себя настоящим дьяволом благодаря ее неисчерпаемой фантазии. Сам он, если и уничтожал врага, то быстро и без особых изворотов. Пулю в лоб или с камнем в реку.

– Это будет начало, самое начало конца его правления, его и проклятого Батыра, который тоже должен сдохнуть, как паршивая псина.

Она встала с кресла и прошла к окну, распахнула шторы, выглядывая во двор.

– Для меня привез кого-то?

– Привезли новый товар. Там есть парочка прекрасных экземпляров. Можешь посмотреть прямо сейчас.

– Непременно посмотрю. Что насчет моего награждения? В этом месяце сумма была меньше чем в прошлом на пятьдесят процентов. Почему так?

– Потому что империя Намаевых все еще на плаву, а мы договаривались, что она рухнет еще полгода назад. Твой план, на который я растратил огромные средства, провалился.

Злобно зашипела и задернула шторы. Но промолчала. Знала, что он прав. План действительно провалился. Она сделала ставки на русскую сучку, а та…та начала играть не так, как Албаста предполагала. А ведь были не просто потрачены огромные деньги, был написан целый сценарий не только на бумаге, но и в голове этой безмозглой золотоволосой идиотки. С ней работал лучший гипнолог в мире. Ее мозг перекраивали по новой и слепили то, что задумала Албаста…но что-то пошло не так. Да, у нее был план и на случай провала, и она успешно воплотила его в жизнь, но, если бы сработал изначальный – Тамерлан Дугур-Намаев уже был бы мертв. Ее ненависть к нему граничила с безумием. Как и похоть, которая никуда не делась и с годами стала еще ядовитее. Она часто просматривала сохранившиеся видео с боев и, запустив руку в трусы, сладко кончала под его очередную победу, остановив кадр на окровавленном лице. А потом ненавидела его еще сильнее. Ни одного мужчину она не жаждала настолько сильно, насколько жаждала этого проклятого ублюдка. Вдовца своей дочери, которую он же и убил.

Она жаждала его, потому что он был сильным, он был диким и таким же сумасшедшим, как и она сама. Соперником, которого трудно победить и который всегда ставил ее на колени.

Сансар привозил для нее игрушки. С тем же строением тела, ростом. Подбирал похожий типаж. И она измывалась над своим пленником, пока он ей не надоедал или пока не умирал. Чаще случалось именно второе.