Агентство «Ван Хельсинг»

Ее губы зашептали слова заклинания, их сцепленные руки засветились серебристым огнем, Штильцхен с восхищением и толикой преклонения смотрел на творящуюся магию.

— Готово, — Мирослава отпустила его руку. — Теперь если вы попытаетесь меня убить, то сами умрете. Вам понятно?

— Совершенно ясно, — мужчина улыбнулся. — Мой кинжал.

— Прошу, — девушка достала из-за пазухи завернутый в тряпицу стилет.

— Наконец-то, — с трепетом принимая оружие, прошептал он. — Ваши деньги.

Мира взяла со стола мешочек с золотом, поднялась и направилась к выходу.

— Элис! — окрикнул ее Штильцхен, она обернулась. — Могу я попросить вас о помощи в одном ритуале? За дополнительную плату, конечно же.

— Что за ритуал? — чародейка прищурилась.

— С помощью этого кинжала и одного амулета я смогу подчинить себе мага, а если я

его убью, то смогу получить его силу. Ритуал достаточно простой, но если мне поможете вы, то все точно получится!

— Поработить? — бровь Мирославы картинно изогнулась.

— Именно!

— Нет, — она покачала головой. — Я не буду вам помогать. Прощайте.

— Но почему? Я заплачу вам две тысячи золотых!!

— Потому что маги и так несвободны больше других людей, к тому же я бы никому из своих собратьев не пожелала участи быть порабощенным вами.

— Ну что ж, очень жаль. Прощайте.

Мирослава кивнула и вышла из комнаты. Уже через минуту за окном послышался цокот копыт.

— Камень, — коротко приказал Штильцхен слуге, снимая камзол и бросая его на диван.

Слуга вернулся с подносом, на котором лежал небольшой полупрозрачный камень. Аристократ в предвкушении усмехнулся, бережно взял в руки «убийцу мага» и принялся читать заклинание. С каждым новым словом в комнате становилось все темнее и жарче, но Штильцхен не останавливался — до получения абсолютной власти оставалось совсем чуть-чуть. Закончив говорить, он взял в руки камень с подноса и ловко вставил его в выемку для набалдашника в кинжале. Клинок налился багровым светом, и на лезвии стало проступать имя."

"Мирослава выехала из особняка Штильцхена с тягостным чувством. С одной стороны она была рада, что все это закончилось, теперь имея на руках такое количество денег можно было наконец-то вернуться домой. А с другой… этот обряд по порабощению мага не давал ей покоя. Что-то здесь было не так. Волшебница досадливо поморщилась и поправила спицу в волосах и тут ее осенило. Люди ведь не знают о существовании какой-либо другой магии, кроме темной, а значит, порабощать Штильцхен будет темного мага, а он такой один на планете!

— Лоэгайре, — прошептала Мира и, развернув коня, на всех парах помчалась обратно в особняк.

Тьма в комнате рассеялась, и перед Штильцхеном предстал среднего роста худощавый мужчина в странном кожаном камзоле с высоким ребристым воротником.