Агент таурель-класса

Нестабильные туннели, да я же опаздываю! А ещё недельный отчёт сдавать!

– …посмотри анкету Фабриса, очень состоятельный молодой мужчина с загородным домом на экваторе. Работает дизайнером ювелирных изделий… – где-то на фоне ручейком журчал излишне заботливый голос матери.

– Мам, прости, пожалуйста, но мне надо бежать. Срочно!

Я бросилась в соседнюю гардеробную комнату, к шкафам с обувью. Лаконичные чёрные лодочки на шпильках с закрытым носом – аккуратно, стильно и неброско. Родительница всё же последовала за мной, продолжая речь.

– Лейла, детка, оглянись же наконец! Тебе уже почти сорок! Давно пора думать о долге перед расой! О семье и детях! Закон гласит, что любая цваргиня должна выбрать себе подходящего мужчину из одобренного Планетарной Лабораторией списка, – возмутилась она, глядя, как я надеваю туфлю, ловя баланс на одной ноге, словно фламинго. – Часики-то тикают, время улетает как солнечный ветер!

– Вот будет мне почти пятьдесят, тогда и подумаю, – буркнула я и схватила вторую туфлю. – За одиннадцать лет всё ещё и поменять могут.

– Ты что, до пятидесяти лет со свадьбой тянуть будешь?! – Родительница картинно схватилась за сердце, а я закатила глаза. – Вот от этого наша раса и вымирает, что все женщины откладывают роды за сотню, а то и за полторы…

Выходить на новый виток спора и доказывать матери, что всё совсем не так и многие пары не могут зачать по десять-двадцать-пятьдесят лет, а то и всю жизнь, мне не хотелось. А выбирать себе подходящего по чьему-то мнению мужчину и образовывать ячейку общества, чтобы попытаться выполнить пресловутый «долг перед расой»… Бр-р-р!

– Мам, у цваргов не бывает инфарктов, перестань изображать. Всё, я тебя люблю, но мне действительно пора. Пока!

Я крепко обняла родительницу, звонко чмокнула её в щёку и выскочила из квартиры в лифтёрную. Вслед донеслось:

– Разговор ещё не закончен, Лейла Виланта! Ты не можешь всякий раз убегать, когда речь заходит о выборе супруга. Пойми же, ты у нас единственная, вот мы с отцом так и переживаем за тебя! Не стоит откладывать всё в долгое хранилище на последний момент. Тебе же ещё надо встретиться, познакомиться…

Под «единственной» мама подразумевала, что мне всего лишь тридцать девять, а оба брата – здоровенных лба с рогами – уже давно разменяли вторую сотню лет. Я, конечно, очень люблю маму, но её настойчивые разговоры о том, как я должна жить на её взгляд, вызывали противный зуд где-то в мозгу. Клянусь, если бы эмоции могли натирать черепную коробку, то мне бы уже давно всё натёрло… Даже хорошо, что я не мужчина и не могу улавливать все эти вещи из воздуха, как сильные представители моей расы.

Лифт приветливо тренькнул, я вошла в просторную кабину и ткнула кнопку парковки на крыше.