Агент таурель-класса

К ногам таких, как ты, сильнейшие мужчины швыряют всё богатство и выстраиваются в унизительную очередь, чтобы вы могли выбрать. Но мы стойко терпим даже это. Ты, совокупляясь с животным, оскорбляешь не только меня, но и всю расу, весь цивилизованный Цварг! Те связи, которые были у меня, это другое! Я был вынужден, в конце концов, я всё-таки мужчина. И заметь, я старался скрыть эту информацию от тебя, когда считал, что ты станешь моей женой. Я не хотел ранить твои чувства. Сейчас я уже искренне сомневаюсь, нужна ли мне супруга, предпочитающая извращения.

Я хмыкнула. Супруга не нужна, но от минета в моём исполнении он бы не отказался. Да уж, там не двойные, там как минимум тройные стандарты. К счастью, к этому разговору мы с Аароном больше не возвращались. То ли ему стало неприятно вспоминать, что у него всё-таки был интим с ларчанками на Тур-Рине, то ли я сказала, на его взгляд, что-то настолько вопиющее, что желание получить с меня «компенсацию» остыло, то ли он чувствовал, что нажми чуть сильнее, и я начну плеваться настоящим ядом – не знаю.

Всю дорогу до Цварга Лоуталье гнал истребитель на шестой космической, ощутимо злился, но говорил со мной лишь при острой необходимости: «Проверь топливный бак», «сложи закрылки», «соединись с Дафной»… Я выполняла просьбы механически, а воспоминаниями погрузилась в Ларк. Чем дальше мы удалялись, тем сильнее разрасталась дыра в груди. Провёл ли Арх-хан уже хайду, о которой упоминал Шонхорн? Не вылезли ли хтэрры за территорию Сухих Песков вновь? Вместил ли Шарршеорон все деревни в округе?..

Я засыпала и просыпалась на одном и том же неудобном кресле, тело ломило от долгого сидения, но всё это меркло на фоне тоски по зеленоглазому красавцу. Сердце болело как открытая рана, но я старалась не показывать своей уязвимости Аарону. Просто сидела и молчала. За иллюминатором проносился чёрный космос, одинокие грязно-коричневые планеты и астероиды – картинка была такой же серой, печальной и унылой, как у меня на душе.

Порой, когда я засыпала, мне снилась восхитительная улыбка златогривого ларка или его открытый взгляд, и это добивало даже сильнее, чем любое самое замысловатое оскорбление Аарона, ведь просыпаясь, я понимала, что уже никогда не увижу этого мужчину. Яркие чудесные сны сменялись суровой контрастной реальностью: я лишняя на Ларке, вождь увидел во мне лишь временную любовницу, а я как последняя идиотка влюбилась в него. На Цварге рано или поздно придётся выйти замуж по указке Планетарной Лаборатории, и будет хорошо, если моим мужем станет не напыщенный индюк, как Аарон.

Один раз мне приснилась наша первая ночь с Арх-ханом. Ощущения во сне были обжигающе дикими, страстными и до мурашек материальными.