Агент из подземелья

Очевидно, контролирующие органы окончательно уверовали в его благонадежность.

В управлении было тихо, но штурмбаннфюрер Охман еще не ушел. Он сидел мрачнее тучи у себя в кабинете и мелкими глотками пил коньяк из фигуристой бронзовой стопки, украшенной готическим барельефом.

– Проходите, Коффман. – Штурмбаннфюрер отставил стопку. – Выпить не желаете?

– Благодарю, штурмбаннфюрер, но нет. Надышался на объекте, до сих пор голова трещит, алкоголь это только усилит. Предпочитаю выспаться. Плохие новости?

– Других в последние месяцы не бывает, – сказал Охман. – Честно говоря, не припомню, когда нас преследовали хорошие новости. Всем понятно, что дальше Мозерских укреплений русские не пройдут, но все равно неприятно. Танковый корпус Катукова вырвался вперед и продолжает взламывать нашу оборону. Вопреки прогнозам русские не выдыхаются. Если бы не препятствия, преграждающие им путь, они достигли бы города меньше чем за сутки.

«А так дойдут за трое», – прикинул Уваров."

"– Ладно, это не имеет отношения к нашей работе, – сказал Охман. – Пусть военные выкручиваются. Я ценю, что вы нашли минутку, смогли забежать после работы в управление. О том, что вы наделали у поляков, Вакслер уже доложил. А на Айзевице вы тоже побывали?

– Да, штурмбаннфюрер. – Уваров лаконично описал ситуацию, сложившуюся на объекте, и закончил оптимистичной нотой: – Не понимаю, что там вынюхивала русская разведка. Эти укрепления ничем не отличаются от прочих. Возможно, мы ошиблись, и Беккера интересовало что-то другое. Или кто-то другой. Гарнизон был слабоват, но сейчас подошел целый полк Вахновского, так что…

Выражение его лица не укрылось от внимательного ока начальства.

– Не доверяете военным из Русской освободительной армии? – осведомился штурмбаннфюрер.

– Не доверяю, – признался Алексей. – И по праву считаю эту, с позволения сказать, армию сборищем ненадежных бандитов и мародеров, которые при первой возможности сбегут к неприятелю или поднимут мятеж в нашем тылу. Многие из них пошли к нам в услужение, боясь за свою шкуру. Это не секрет. Преданных и надежных людей там немного. Представьте, что будет, если полк откажется выполнять приказы, разоружит наши батальоны и беспрепятственно пропустит русских. Это же катастрофа, штурмбаннфюрер!

– Вы сгущаете краски, Коффман, – отмахнулся шеф. – Далеко не все русские части склонны к разложению. Насколько нам известно, Вахновский ведет свой полк от восточных границ Польши, уберег его от серьезных потерь, ни разу не пускался в бегство. Да и к их командующему Власову у ОКВ нет серьезных претензий.

– Возможно, я не прав. Прошу меня простить. А что касается генерала Власова, то, уж извините, штурмбаннфюрер, предатель есть предатель. Неважно, на чьей он стороне.