Агент из подземелья

Будет ужасно, если такой милый городок разбомбят англичане с американцами. А вы храбрый малый, Герман. Не побоялись приехать из Нюрнберга сюда, где в скором времени будет решаться судьба Германии. Это без преувеличения.

– Разве? – спросил Алексей. – Убежден, что русских сюда не пустят. Германия – священная земля, здесь не место грязному русскому сапогу.

– Как хорошо вы сказали. Вот за это давайте и выпьем, если не возражаете. Прозит, Герман! – Он поднял кружку.

– Прозит, Альфред! – сказал Уваров и сделал куцый глоток.

Ему снова приходилось ходить по краю, прежде всего с тем же Арбенау, о котором он имел лишь поверхностное представление. Ляпнет не то, промахнется, и Прейслер насторожится.

Они продолжали беседовать, обсудили достопримечательности Праги, в которой однажды жил и работал Прейслер. Алексей сказал, что тоже бывал там, хотя это и не соответствовало действительности. При упоминании Праги от его внимания не укрылось, как по лицу Прейслера скользнула мимолетная тень. Значит, он шел верным путем.

Знакомство набирало обороты. Прейслер пересел за столик к Уварову, стал интересоваться его работой. В инженерных делах советский разведчик был так же силен, как в разведении баклажанов, но ловко лавировал, употреблял термины, всплывающие в памяти.

– Давайте еще выпьем, – предложил захмелевший Прейслер."

"Алексей внимательно следил за его состоянием. В стельку пьяный Прейслер был ему не нужен. Майор инженерных войск поднял пузырек, с тоскливым видом оценил остатки содержимого.

– Какие гадкие здесь напитки, – сказал Алексей и посмотрел на часы.

– Спешите? – с расстройством осведомился Прейслер.

– Нет, – ответил Уваров. – Работа на сегодня закончена, на службу мне к восьми утра. Но это пойло, уж не обессудьте, не лезет в горло. Да и обстановка тут какая-то недружественная. – Он посмотрел по сторонам.

Кабачок был полон, дым стоял столбом. Неподалеку ржал пухлощекий унтерштурмфюрер с маслеными глазами. Товарищ рассказал скабрезный анекдот. Пир во время чумы.

– Знаете, любезный, – Алексей подался вперед, заговорщицки понизил голос, – у меня в портфеле есть бутылка первоклассного «Курвуазье», она лежит там уже два дня. Не знаю, где и с кем ее распечатать. Меньше всего мне хотелось бы ее выпивать в этом хлеву. У вас нет предложений на данную тему? Вы достойный человек и интересный собеседник.

В подтверждение своих слов он потянулся к портфелю, стоящему под ногами, извлек из него бутылку самого настоящего «Курвуазье», показал майору и быстро спрятал. Для великого дела Алексей пожертвовал самым дорогим.

Глаза Прейслера заблестели, он тоже подался вперед.

– Приятель, что же вы молчали? Это безумно дорогая вещь, ее здесь не найти днем с огнем. Вы далеко живете?

– Далеко.