Агент из подземелья

Алексею было понятно, что они здесь делали. Вот и закончилась эпоха пребывания майора СМЕРШа в чужой шкуре!

Мысли кружились в у него голове. Гестаповцы выяснили, кто проживал на улице Лаубе, связали врача Клару Циммер с частыми визитами в клинику Мартина Коффмана? Факт, конечно, интересный, но это не есть полное изобличение шпиона. Хельга Браун раскололась на допросе? Гадать было бессмысленно. Эта теплая компания явно прибыла по его душу. Они прекрасно знали, куда он направился.

Уваров вышел из оцепенения, чертыхнулся. Не могли подождать в Майнсдорфе, когда он вернется? Сомневались, что это произойдет? Вот и он в это не очень-то верил. Задача усложнялась.

Гестаповцы в колонну по одному вошли в штаб. Эмма Фишер замешкалась на крыльце, с каким-то сомнением посмотрела по сторонам, прикусила губу, снова уперлась взглядом в соседнее здание. Данная особа явно была на своем месте. Интуиция у нее что надо. Наконец-то она вошла в командный пункт, дверь за ней закрылась.

– Прошу прощения, вы капитан Коффман? – прозвучало над ухом.

Алексей резко повернулся. Вспыхнуло плечо, которое они вчера врачевали с Эрикой. Рядом с ним переминался тот самый очкарик, держал в руках картонную папку.

– Да, это я, – с хрипом выдавил Уваров.

– Унтер-офицер инженерной службы Траубе. Мне приказано передать вам вот это. – Он протянул папку. – Здесь копии того, что вы просили. Должен предупредить, что за пределы объекта документацию выносить нельзя.

– Да, я знаю, – с усилием произнес Уваров. – Спасибо, унтер-офицер, можете идти.

– С вами все в порядке? – Траубе колебался, всматривался в его побледневшее лицо. – Вы хорошо себя чувствуете?

– Безусловно. – Алексей откашлялся. – Не понимаю, что вас заставило подумать иначе.

Он заставлял себя не гнать, действовать разумно и размеренно. Папка с натягом втиснулась в планшет.

Уваров вышел из здания на морозный воздух, направился к ближайшему проходу. Дышать стало легче. Предупрежден – значит, вооружен! Он шел между сетками, непроизвольно косил влево. Теплая компания из штаба пока не выходила.

Алексей ускорился, почти бежал. Часовой с обратной стороны сетки удивленно посмотрел на него. Заворчала страшноватая овчарка. Уваров опомнился, перешел на шаг. Теперь только в логово, другого пути нет. Возвращаться в Майнсдорф, где-то прятаться – глупо и недостойно.

Приближался оборонительный вал, заросший редкими пучками кустарника. У его подножия начиналась винтовая лестница, ведущая в чрево подземного города. Уваров добрался до нее, его рука коснулась ледяных перил. Он притворился, что роется в планшете. Часовой стоял метрах в десяти, равнодушно взирал в его сторону.

Алексей повернул голову. Гестаповцы выходили из временного командного пункта.