Агент сигма-класса. Больше, чем адъютант

Мол, благодаря специальным приборам она смогла незаметно проникнуть в камеру, где меня держали, вызволить и уйти нераскрытой. После операции она всё взорвала, так что работорговцы больше никому не помешают.

— Хм-м-м… «уйти нераскрытой». Ты сам-то в это веришь? Это было реально там, где тебя держали?

— Не знаю. — Покачал головой. — Не помню. Я был уже без сознания, когда пришла Джерри. Когда она говорит, заподозрить её во лжи невозможно. Она совершенно не излучает колебаний, а что до мимики, то тоже всё непонятно. Но в целом рапорт выглядит очень достоверно, да и она сигма-агент, то есть все эти годы её учили быть незаметной. Она действительно могла тенью проникнуть в логово трасков.

— Ясно, — хмыкнул Даймонд. — Это в Космофлот. А что насчёт Особого Отдела?

— По этому каналу Джерри не отчитывается передо мной, но уверен, что она не стала бы сообщать такую деталь. Про иридий не знают даже сёстры Лолу. Этой информацией владеют только ты, Джерри и я.

— Эх, мне б такого адъютанта в своё время…

Я посмотрел на Даймонда. По повеявшим от него эмоциям грусти сразу стало понятно, о чём он подумал. Сам он тоже лишь чудом перенёс плен, но его успели лишить и рогов, и шипа, а мне благодаря Джерри повезло существенно больше.

— Знаешь, Дарр, — неожиданно и совершенно без перехода сообщил Даймонд. — Дебора мне сказала, что у неё появился цварг, вошедший в её ближний круг.

Я замер от свалившегося на голову известия. Дочь адмирала Даффи учится в Академии, это может значить только одно: она нашла кого-то среди кадетов или офицеров Космофлота.

— Она также сказала, что будет ждать окончания учёбы, после чего отзовёт свою анкету из Планетарной Лаборатории.

— Что ж, поздравляю! — совершенно искренне сказал я. Отзыв анкеты цваргини из общей базы мог значить только то, что она чётко выбрала для себя мужчину, с которым хочет прожить всю жизнь. А тот факт, что он вошёл в её ближний круг и является цваргом, практически со стопроцентной вероятностью говорит о том, что она также является для него ближним кругом. — Ты знаешь мою позицию. Я всегда был против того, чтобы какая-то организация, пускай даже и медицинская лаборатория, диктовала, кто с кем совместим и на ком должен жениться. Если Дебора сама выбрала кого-то, а тот счастливчик ответил ей взаимностью, они будут счастливы. Я очень за неё рад.

Но вместо проявления радости Даймонд неожиданно тяжело вздохнул.

— Я просто очень сильно за неё волнуюсь.

— Я понимаю, — хлопнул друга по плечу. — Но, зная Дебору, уверен, что она выбрала достойнейшего из цваргов.

Ещё сколько-то мы поговорили с Даймондом ни о чём и обо всём сразу, и внезапно дверь отъехала в сторону. Признаться, мы так разошлись с Даймондом в дискуссии на тему таноржской техники, что я даже не заметил, как пролетело время.