Афганский рубеж (СИ)

Долина Панджшер, самый протяжённый участок границы с Пакистаном, аэродром Хост и Чарикарская долина — лишь малая доля опасных мест в этом секторе.

— Начинаем постановку задач на перелёт группы, — объявил Енотаев.

После нескольких вступительных слов, комэска начал доводить составы экипажей. Всего нам нужно перегнать 8 бортов. Остальные 4, со слов Ефима Петровича, будут ждать нас в Баграме.

— Борт номер 17 — Гураев, Шарипов, Борисов, — назвал комэска экипаж с Магой и Багой.

— Есть! — хором ответили два кавказца.

— Бага, тебя недавно командиром поставили. Держишься за ведущим и не отстаёшь, понял?

— Так точно.

Когда по списку остался ещё один борт, Енотаев посмотрел в нашу с Батыровым сторону. В эскадрилье есть свободные лётчики. Перед командировкой было определено, что на эскадрилью берётся полуторный состав экипажей. Сейчас комэска может назвать лётчиков из их числа. Тогда не исключено, что Димон отправится на самолёте в… Соколовку, а я в Афганистан в грузовой кабине.

— Борт 44 — Батыров, Клюковкин, Уланов, — с натяжкой произнёс комэска.

Я повернулся к Димону, у которого лицо не излучало облегчение.

— Выдыхай, Димон!

— Да теперь непонятно, радоваться или ещё больше переживать, — прошептал Батыров.

— Ты главное от меня не отставай. Не пропадёшь! Тебе же даже Светлана сказала — держаться со мной, ей так спокойнее, — улыбнулся я.

Димон фыркнул, но больше не возмущался.

Командир закончил постановку задачи на перелёт. Штурман довёл маршрут и высоты полёта. Правда пока только до Бокайды.

— Вопросы? — поинтересовался Енотаев.

И все молчат. Будто никого не интересует вопрос: — а чего так спешим? Весь комплекс подготовки не прошли. Место назначения изменили. Основы тактики в условиях гор не довели.

— Товарищ подполковник, разрешите вопрос? — поднял руку Димон.

— Говори, Батыров.

— Эскадрилья ещё не проводила ракетные стрельбы, бомбометания, посадки на высокогорных площадках не отработаны…

— Знаю, — кивнул комэска. — Твои предложения?

Димон промолчал. Он мог бы и не спрашивать у Енотаева. Есть приказ, и его надо выполнять. Учиться и готовиться будем уже в процессе боевых действий.

— Нет предложений, — ответил Батыров, встретившись с суровым взглядом Енотаева.

— Ещё вопросы? — спросил Ефим Петрович.

Руку вверх поднял Мага.

— Товарищ командир, а на «разграбление города» дадите день? — поднялся со стула Магомед.

— Гураев, я тебе устрою сейчас «разграбление города»! Сухой закон объявлен. Или тебе неслышно сегодня было?

Расстроенный Мага сел, разводя руками и о чём-то переговариваясь с Багой. Дверь в класс резко открылась.

К нам забежал майор в повседневной форме. Рубашка из-за пота промокла. На голове фуражка, на которой «птичка» над кокардой накренена вправо.