Афганский рубеж (СИ)

Карим затормозил несущий винт и начал подниматься со своего места. Только Батыров решил выйти из кабины следом, как Сабитович его остановил.

— Вы тут вдвоём поговорите, а я пока вертолёт заправлю, — сказал Карим.

Димон сел на место и уставился на ладони.

— Чего молчишь? Говори уже, что хотел, — сказал он.

— Что происходит? Появился спортивный азарт, что ты решил НАРами стрелять, как снайпер из винтовки СВД?

— Ты бы выражения выбирал. Не я, а ты отчитываться должен передо мной, — ответил Батыров.

Ещё и огрызается! И ладно бы ошибся в той атаке или просто рука соскочила. Он намеренно шёл, чтобы себя показать. Удивить всех уровнем подготовки.

— За то что не дал тебе убить людей? Или за то что выводил тебя на цель, а ты решил забить на своего лётчика-штурмана. В экипаже так не работают, — произнёс я.

— Нет. В экипаже я командир, а ты — правак. И соблюдать эту иерархию тебе придётся, Клюковкин! — возмутился Батыров.

Что ж, пусть так. Не хочет слушать, и не надо.

— А тебе элементарные расчёты перед глазами для чего висят? — спросил я, указывая на маленькую таблицу прицельных данных слева от Батырова на стыке между блистеров.

— Так я соблюдал.

— Ничего ты не соблюдал. Выпендриться хотел. Тебе подвигов мало? За медалями и орденами сюда приехал?

Батыров посмотрел на меня, запыхтел и выпалил.

— А если и так?! Кто ж не хочет орден. Тем более, перед академией это хорошее подспорье.

И о чём он только думает?! Его академия уже в печёнках у меня сидит. Пускай бы ехал и не морочил голову. А то летаешь с ним и подчищаешь все грешки.

Сабитович видит и, наверняка, докладывает кому надо.

— Короче так, академик! Прекращай быть моим геморроем. Будет момент, когда я исправить ничего не смогу. Тогда придётся тебе отвечать, как командиру за всё.

На этом я решил закончить приватную беседу. Батырова оставил в кабине, а сам вышел на палящее солнце.

Карим в это время заканчивал заправку и отдавал пистолет водителю заправщика.

— Поговорил? — спросил Сабитович.

— А толку-то?! Мне кажется или он всегда такой был? — уточнил я.

— Не поверишь, Дима и я летаем с того дня, как он пришёл в полк. Никогда и ничего за ним не замечалось. Он был лучшим лётчиком! Поэтому поставили его командиром звена и академию пообещали. А потом эта авария, и всё. До сих пор расхлёбывает.

Вот же совпадение! Появился я, который умеет и летает, а лётчик Батыров испарился. Судьба сохраняет баланс, дав одному и забрав у другого.

За мыслями про Батырова, совсем забыл про то, что мне ещё в штабе нужно появиться. Я не переживал, что не сделаю это сегодня. Просто захотелось ещё раз зайти на чай к Елене. Пока думал об этом, решил снять куртку от комбинезона. Футболка ещё не успела высохнуть и по-прежнему прилипала к телу. Но хуже всего в штанах. Там всё вспрело от жары в кабине.