Афганский рубеж 3

Но я предполагал, что постою в сторонке.

— Держитесь рядом. Не вступайте в разговор. Слушайте мой перевод, — шепнул мне Иванович.

Когда мы прошли пару шагов, он посмотрел на меня и слегка улыбнулся.

— Переживаете за столь обширный спектр оружия? — тихо шепнул мне Виталий.

— Вообще-то, за его отсутствие у нас.

— Ну, у Максима Евгеньевича есть граната на всякий случай.

— Вот-вот! А я то не взял.

Толпа духов остановилась. Выражение лиц у всех очень серьёзное. Есть ощущение, что кто-то один сейчас подаст им команду и они расстреляют нас. Из толпы душманов вперёд выдвинулся один и поприветствовал Максима Евгеньевича.

Главный из душманов погладил бороду, внимательно осмотрел приведённого на обмен душмана, обернулся назад и что-то сказал одному из своих подручных.

Из толпы вынесли человека на носилках и положили рядом с нами. Это был Иван Васюлевич.

Голова у него перебинтована, лицо посечено осколками. Ещё и ампутирована часть руки. Досталось Ивану очень серьёзно.

Я присел рядом с ним, чтобы посмотреть на него ближе. Иван узнал меня и начал с трудом говорить.

— Долго шли, командир. Я уж сам собирался домой идти, — улыбнулся он.

Было видно, как Ваня с трудом сдерживает слёзы. Не представляю, через что Васюлевич прошёл за эти дни.

— Как это понимать? Почему наш человек в таком состоянии? — спросил Максим Евгеньевич.

— Этот шурави дрался как лев. К сожалению даже личный врач Амирсаиба не спас ему руку. Этому офицеру была оказана вся необходимая помощь. Даю вам слово.

— Мне это слово давал Ахмад Шах. И мы условились с ним говорить, а не с вами

Тут же духи начали расступаться в стороны. Среди толпы шёл невысокого роста человек в паколе. Медленно, хромая, но очень уверенно. Через несколько секунд в свете фар можно было разглядеть того самого Амирсаиба.

Точнее, Ахмад Шах Масуд.

Один из самых известных лидеров афганских душманов, знаменитый «Панджшерский лев». Пожалуй, среди полевых командиров Масуд был самым сильным и опасным противником.

По команде Максима Евгеньевича, двое человек из нашей группы сняли с пленного афганца наручники и отпустили. Соратник Масуда что-то сказал в нашу сторону и подошёл к Ахмад Шаху. Полевой командир широко улыбнулся и обнял своего освобождённого соратника. Толпа духов вскинула вверх автоматы и радостно загалдела.

Носилки с Иваном в это время отнесли в машину. Я уже собирался пойти следом, но Виталий меня остановил.

— Вам надо быть рядом с нами.

— Зачем? — шёпотом спросил я.

— Надо, — повторил Виталий.

Масуд закончил говорить с освобождённым душманом и слегка подтолкнул его к толпе.

Глупо было полагать, что на этом встреча должна была закончиться. Максим Евгеньевич через Виталика начал общение с авторитетным полевым командиром.