Афера Сатаны (ЛП)

— Шакал, — резко шепчу я, теряя терпение. Желтые глаза смотрят на меня, на его красивом лице играет коварная улыбка. Кровь стекает по моей киске, но он не обращает на это внимания. Нам обоим нравится, когда я покрыта кровью.

Мое сердце колотится, и я дрожу под его взглядом.

Я не могу устоять, когда он так смотрит на меня — подобно Богу, вернувшемуся домой после кровавой, жестокой войны и обнаружившему, что жена ждет его в постели. Все мои мужчины красивы, несмотря на гротескный грим и долговязый рост Мортиса и Бейна. Но это одна из причин, по которой ярмарка позволяет им путешествовать. Они притягивают людей так же сильно, как и отталкивают.

Подобно змее, его язык высовывается, облизывая меня, прежде чем восхитительная мышца вновь скрывается в его рту. Я вздрагиваю и едва не подпрыгиваю, когда его язык снова выныривает. В тот самый момент, когда я открываю рот, чтобы обругать его, он смыкает свои губы на моем клиторе.

Я закатываю глаза и открываю рот. Мне потребовалась сила, о которой я даже не подозревала, чтобы сдержать стон, рвущийся наружу. Чувствуя мое напряжение, Шакал сужает глаза.

— Я остановлюсь, если ты будешь шуметь, — угрожает он, и его слова гулко разносятся по моим чувствительным нервам. Я вздрагиваю от его прикосновения, когда он снова высовывает язык.

Я отрывисто киваю головой. Мои ровные зубы впиваются в нижнюю губу, затягивая ее в рот и резко всасывая.

Шакал ласкает мою киску медленно, томно. Счастливо. Словно он ест рожок мороженого в жаркий летний день. От каждого движения мои веки трепещут, а бедра дрожат.

Когда он добирается до особенно приятной точки, вырывается тихий стон. Его большие глаза устремляются на меня, и заставляют замереть на месте. Я снова прикусываю губу, надеясь, что он не остановится из-за моей оплошности.

Словно по волшебству, Тимоти входит в альков. Когда он видит, чем мы занимаемся, широкая улыбка расползается по его клоунскому лицу, демонстрируя острые зубы.

— Сибби не ведет себя тихо, — говорит Шакал, ябедничая на меня. Я открываю рот, чтобы возразить, но Тимоти подходит ко мне, и я отвлекаюсь на то, как под его кожей перекатываются мышцы."

"— Я позабочусь о том, чтобы она молчала, — отвечает Тимоти, его голос низкий, а улыбка зловещая. Расширенными глазами я наблюдаю, как он крадется ко мне, но теряю его из виду, когда он исчезает позади меня. Когда я начинаю поворачиваться, рот Шакала накрывает мою киску, глубоко посасывая.

Задыхаясь, я откидываю голову назад, и меня охватывает волна наслаждения. Мои веки опускаются, а Тимоти почти забыт. До тех пор, пока я не почувствовала тепло его присутствия, прижавшегося вплотную ко мне. Его твердый член упирается мне между лопаток. Он двигает бедрами один раз, достаточно, чтобы показать мне, что я с ним делаю.