Афера для своих

Картина, которую он увидел, поразила его не меньше, чем человек, евший сырые пельмени: у стены в комнате, где, кроме старого одежного шкафа, не было никакой мебели, лежал на полу мужчина в футболке и подергивал ногами.

– Он умер? – обомлел Киселев. – Может, «Скорую» вызовем?

– Чем он ужалился? – не обращая внимания на молодого коллегу, спросил у тощего паренька Ефремов.

– С утра «ханки» вмазал, но раскумариться[5] не мог, попробовал остатки заварить – не помогло. Тогда он горсть «колес»[6] заглотил, вот и глючит, ни стен, ни пространства не видит, – ответил полуголый мужчина у окна. – Вы Жекасю зачем ищете? Накосячил, поди? Он ни дня без приключений прожить не может.

– Там… это… – вступил в разговор Киселев. – Там человек сырые пельмени ест.

– Поищи на кухонном столе или в холодильнике пузырьки из-под детского лекарства от насморка. Если найдешь, то я объясню, почему у него зверское чувство голода проснулось. Барсук! – Ефремов ногой ткнул бесчувственного мужчину. – Ты почему всю мебель проколол? Спать на чем будешь?

– В ванной матрац лежит свернутый, – ответил за хозяина полуголый наркоман. – Я, кстати, говорил: «Барсук, оставь второй матрац, спать же не на чем будет!» Но ему по фигу, все загнал.

– Меня всегда удивляет, кто ваше вшивое барахло покупает? Я бы ваши матрацы даром не взял. Куда их можно применить? На вату распороть?

– Я не в курсе, – ответил наркоман, – я матрацами не торгую.

Киселев принес из кухни два пузырька.

– Вот, нашел, – сообщил он.

Ефремов, увидев пузырьки, взорвался.

– Олег! – закричал он. – Ети твою мать, ты зачем их голыми руками взял? На них же теперь твои отпечатки пальцев останутся. Возьми какую-нибудь тряпку. Оботри пузырьки и спрячь в карман. Как выйдем на улицу, выбросишь в сугроб…

Неожиданно Игорь прервался на полуслове, прислушался.

– Кажется, гонец возвращается, – догадался Ефремов по шагам на лестничной клетке. – Теперь слушайте и запоминайте! Если кто-то хоть один звук издаст, я его в окно выброшу.

– Меня тоже? – спросил из кухни любитель сырых пельменей.

– Ты – не в счет, – вполголоса ответил Игорь и пошел в коридор.

Жекася постучался условным стуком. Ефремов рывком распахнул дверь, схватил брата Кайгородовой за грудки и забросил в зал. Кайгородов, не ожидавший нападения, упал на пол и по-пластунски пополз к окну.

– Стоп! – скомандовал Игорь. – Дальше ползти некуда. Вставай на колени.

– Ты кто? – начал приходить в себя Жекася. – Ты за вчерашнюю тачку пришел поквитаться? Так это не я магнитолу стянул, а Барсук!

Не подававший признаков жизни хозяин квартиры пошевелился.

«Он давно пришел в себя, – догадался Ефремов, – но решил, пока обстановка не прояснится, прикинуться бесчувственным. Пусть лежит! Мне он не нужен».