Афера для своих

– Я не вас спрашиваю, любезнейший, – осадил вьетнамца следователь. – Госпожа Ку! Паспорт, плиз! Ван копия. Ксерокс: ж-ж-ж! Был паспорт ван, стало – ту!

Вьетнамка достала из сумочки паспорт, с улыбкой протянула Воронову.

– Ван копия – авторучкой, – сказала она по-русски. – Ж-ж-ж – ксерокс только в присутствии консула.

– Без проблем!

Виктор переписал данные паспорта, вернул хозяйке.

– Как мне уведомить вас, если следственным органам понадобятся ваши показания?

– Письменно, через консула, – не задумываясь, ответил вьетнамец.

Воронов повернулся к переводчику.

– Любезнейший, – раздраженно сказал следователь, – зачем вы постоянно вмешиваетесь в наш разговор? Госпожа Ку…

Ми, предотвращая международный скандал, что-то сказала по-вьетнамски. Мужчина перевел:

– Госпожа Ку Тьу Ми поздравляет доблестных офицеров российской милиции с праздником 23 Февраля и просит принять скромный подарок.

Вьетнамка достала из сумочки две авторучки, протянула Воронову. Виктор принял подарок, пожал руку девушке и задержал ее ладонь в руках чуть дольше, чем требовали правила приличия. Ми смутилась, потупила глазки.

– Как мне обратиться к госпоже Ку? – спросил Воронов переводчика. – Ку – это имя или фамилия?

– Ку – фамилия. Тьу – первое имя, Ми – второе. К вьетнамской женщине надо обращаться полным именем, то есть Ку Тьу Ми.

– Госпожа Тьу Ми, позвольте, по русскому обычаю…

– Обнимать госпожу Ку Тьу Ми не надо! – запротестовал переводчик. – Во Вьетнаме не принято обниматься с незнакомой женщиной.

– Здесь не Вьетнам. Сибирь! У нас свои законы.

Вьетнамка вздохнула, показала пальчиком на щеку: «Ван раз!» Воронов чмокнул девушку. Свидетельница порозовела от смущения, прошептала по-русски: «Ах, как неловко получилось!» Виктор хотел возразить, что получилось очень даже здорово, и надо бы повторить, но сказать ничего не успел – девушка поклонилась офицерам и вышла за дверь. Переводчик подписал справку об отказе дачи показаний без участия представителя консульского отдела, попрощался с мужчинами и отправился вслед за Ми.

После его ухода заговорил Семин:

– Ты какого черта отпустил ее? Козодоев утверждает, что она похитила его паспорт и подбросила пистолет.

– Атомную бомбу она ему не подбросила? – рассматривая авторучки, спросил Виктор. – Ты, надеюсь, слышал, что она отказывается давать показания без консула?

– Ну и что? – не унимался оперативник. – Если консула нет, то ее допрашивать нельзя? Ерунда это все. Посидела бы в кабинете часа два, заговорила бы как миленькая. А то – стресс! Русский язык позабыла!

– Ленин встал, развел руками: что мне делать с дураками? – процитировал популярный стишок следователь.