Брачная афера, или Целительница в бегах

— Лима учила меня кое-чему, но… я бы на твоем месте не рисковала.

Наверное, стоило сообщить об этом раньше, до того, как мы поженились, но повода не было. А сейчас, когда его дом — такой темный и мрачный — показался из-за угла, пришло осознание, что надо внести кое-какие пояснения и проинформировать законного супруга о том, что как жена я не лучший вариант. Ну вдруг до этого момента он не догадывался.

— Не переживай. У нас дома, — Форест специально выделил интонацией слово «нас» и разочарованным при этом не выглядел, — так же, как и все годы до этого, стряпней будет заниматься госпожа Делфи. Она приходит три раза в неделю, готовит, убирает, стирает и выполняет другую работу по хозяйству. Так что по этому поводу можешь не волноваться.

— Это хорошо, — пробормотала я, морщась от мелкого дождичка, который продолжал капать с неба. — А то оказалось, что я не очень удачная кандидатура на роль жены. Готовить не умею и не очень люблю, много работаю.

Напугать его опять не получилось.

— В этом мы с тобой схожи. Я тоже много работаю, — совершенно спокойно отозвался он. — Так что с этим проблем не возникнет.

— Хорошо — рассеянно кивнула я. Настала пора перейти к самому главному вопросу: — А где я буду спать?

Мне хотелось выяснить, насколько далеко распространится наша брачная афера. Разумеется, никаких намеков на более личные отношения мой супруг не делал, но ведь и о совместном проживании ведь тоже разговор не заходил.

— В отдельной комнате на втором этаже.

Это хорошо, если бы не один момент.

— А ты не боишься, что твоя госпожа Делфи может нас выдать? — поинтересовалась я. — Ей ведь будет доподлинно известно, что мы спим в разных комнатах и ни о какой близости речи нет. Не боишься, что она разболтает другим… или моему отцу?

— Не разболтает. Госпожа Делфи предана мне и ничего никому не расскажет.

Форест произнес это так уверенно, что я не стала больше задавать вопросы. Да и сил на них не осталось, если честно.

Когда мы вошли в дом, он зажег небольшие светильники, которые тускло загорелись, разогнав тьму в небольшом коридоре. Мы молча поднялись на второй этаж и остановились на небольшой площадке.

— Твоя комната справа, моя — слева, — вручая мне сумку с вещами, коротко пояснил Форест. — Спокойной ночи, Миранда.

— Спокойной, — ответила я, принимая вещи.

Я пребывала в легкой прострации. Происходящее казалось сном. Невероятным, невозможным, абсолютно нереальным.

Поскольку никаких речей от меня не ждали, а, напротив, попрощались и развернулись в сторону своей спальни, я открыла дверь и вошла в свою новую комнату.