Ловушка для адвоката

— Надо быть наготове, — сказал Холлер. — Это я его отпустил… Гарри, если у тебя есть сомнение, что за ним надежно следят, скажи сразу.

— Нет, пока все в порядке. Шаг в сторону, и мы его схватим.

— Гарри, когда ты снова будешь дежурить с особым отделом? — спросила Макферсон.

— Как только смогу — когда дочка будет ночевать в гостях или кто-то согласится с ней остаться.

— Я бы тоже как-нибудь с тобой сходила.

— Зачем тебе?

— Хочу посмотреть на настоящего Джессапа, не того, что в газетах и по телевизору.

— Мм… только…

— Что?

— У них в команде ни одной женщины, и они все время следят за ним, без перерыва… даже в туалет не отлучаются. Пользуются бутылкой.

Она усмехнулась:

— Постараюсь это освоить.

— Хорошо, я договорюсь.

21

Пятница, 19 марта, 10:50.

Услышав голос Мэгги в приемной, я посмотрел на часы. Она вошла и положила на стол сумку для ноутбука, изящную, из красной итальянской кожи. Сама она ни за что не купила бы такую — слишком ярко и слишком дорого. Интересно, чей это подарок? Увы, мне этого никогда не узнать, как и многое другое.

Впрочем, происхождение красной сумки волновало меня сейчас меньше всего. Через две недели должен был начаться отбор присяжных по делу Джессапа, а Клайв Ройс тем временем преподнес очередной сюрприз, и отнюдь не из слабых. Сюрприз был пальца в два толщиной и лежал передо мной на столе.

— Ты где гуляешь? — спросил я раздраженно. — Я звонил, мобильный не отвечает.

Мэгги придвинула стул и села напротив.

— Лучше скажи, почему тебя не было.

Я глянул в календарь на сегодняшнее число. Пусто.

— Ты о чем?

— Телефон я отключила, потому что в школе не любят, когда на вручении наград ученикам раздается перезвон.

— Черт!

Она же напоминала, даже на почту писала! Я распечатал письмо и прилепил к холодильнику, а в календарь на столе и в мобильном внести забыл.

— Тебе стоило прийти, Холлер. Ты бы гордился своей дочерью.

— Знаю-знаю, прошляпил.

— Ладно, еще будет случай… прошляпить.

Уши у меня горели. Лучше бы отругала, как бывало раньше. Спокойное презрение куда обиднее, и она это знала.

— В следующий раз приду обязательно, обещаю.

Никаких иронических «ну да, конечно» или «каждый раз обещаешь» я не дождался, что было еще хуже. Мэгги предпочла сменить тему.

— Что тут у тебя? — Она кивнула на пачку листов, лежащую передо мной.

— Последняя атака Ройса. Ходатайство об исключении из обвинительной базы показаний Сары Энн Глисон.

Мэгги усмехнулась.

— Разумеется, подано в пятницу за две недели до процесса.

— За тринадцать дней.

— Даже так. И что он пишет?

Я развернул листы, скрепленные большим черным «бульдогом», и подвинул к ней.

— Он готовил это с самого начала. Знал, собака, что она наш главный свидетель! Без нее все дело рухнет. Даже волосы в машине — не более чем косвенная улика.