Ловушка для адвоката

— На очереди вещественные доказательства и электронные материалы, — объявила Брайтман. — Надеюсь, обе стороны ознакомили друг друга со списками. Какие будут возражения?

Холлер и Ройс встали одновременно.

Брайтман кивнула защитнику:

— Мистер Ройс, вам слово.

— Да, ваша честь, защита возражает против планов обвинения демонстрировать на проекционных экранах в зале суда многочисленные фотоснимки тела Мелиссы Лэнди. Подобная практика не только аморальна, это намеренная игра на чувствах присяжных, рассчитанная на то, чтобы вызвать предубеждение.

Брайтман кивнула Холлеру.

— Ваша честь, предъявить суду непосредственный результат преступления — тело жертвы — это первая обязанность стороны обвинения. Мы ни в малейшей мере не ставили целью вызвать предубеждение. Я могу согласиться с мистером Ройсом, что здесь легко переусердствовать, но считаю, что мы не переступили границ морали.

Ройс вытащил из рукава последний аргумент:

— Делу двадцать четыре года! В восемьдесят шестом году здесь не было ни экранов, ни прочих голливудских штучек. Я считаю, что это нарушение права моего клиента на справедливое судебное разбирательство.

— Давность дела не имеет касательства к обсуждаемому вопросу, — парировал Холлер, — однако защита ничего не имеет против того… — Он осекся: Макферсон дернула его за рукав и что-то шепнула на ухо. — Прошу прощения, я оговорился. Обвинение ничего не имеет против того, чтобы фотографии демонстрировались присяжным с помощью средств восемьдесят шестого года. Мы можем раздать присяжным цветные фотографии, однако в ходе одного из прошлых заседаний суд признал такую практику нежелательной.

— Да, — согласилась Брайтман, — я полагаю, что давать фотографии в руки еще хуже. Вы этого хотели, мистер Ройс?

Ловкач сам загнал себя в ловушку.

— Нет, ваша честь, — чуть замявшись, ответил он, — по этому вопросу я придерживаюсь того же мнения, что и суд. Сторона защиты всего лишь хотела бы ограничить масштаб использования фотографий. В списке мистера Холлера их более тридцати, мне кажется, что это слишком много.

— Ваша честь, — возразил Холлер, — фотографии из списка показывают тело жертвы на месте, где оно было найдено, а также картину вскрытия. Каждая из них…

— Мистер Холлер, — Брайтман поморщилась, — позвольте вас остановить. Сцена преступления — это вполне допустимо, особенно если фотоснимки сопровождаются соответствующими свидетельскими показаниями, а картина вскрытия — совсем другое. Не вижу необходимости демонстрировать ее присяжным.

— Да, ваша честь.

Ройс сел, довольный своей маленькой победой, Холлер остался стоять.