Адвокат. Судья. Вор

Амбер окончил в свое время военно-морское училище в Баку, получил офицерские погоны и служил несколько лет на Северном флоте, дорос до капитан-лейтенанта, а потом его едва не отдали под трибунал – вроде какие-то автоматы с патронами куда-то пропали или что-то в этом роде… Срок Виталий Витальевич умудрился не получить, но с военной карьерой и партбилетом ему пришлось проститься навсегда… Видимо, устроиться на теплое место в центровой питерский пивбар Амберу помогли некие благодетели, оценившие молчание каплея во время следствия, проводившегося военной прокуратурой: Виталий Витальевич никого не сдал, упорно держался версии о халатности и вообще оказался крепким орешком, хотя и кололи его со всей принятой в те годы пролетарской решительностью…

На новом месте Мореман (такую кликуху дали Амберу в связи с его военно-морским прошлым) освоился быстро, а освоившись, понял, что на отстое пены и недоливе пива трудящимся можно, конечно, хорошие деньги делать, но по-настоящему богатым не станешь – слишком со многими делиться надо… Виталий Витальевич был с молодости человеком общительным и контактным, неплохим психологом, а в пивную забредали разные люди, попадались иногда и такие, которые заманчивые сделки предлагали…

В общем, начал Мореман потихоньку-полегоньку краденое скупать, при этом, кстати, предпочтение отдавал как раз антикварным вещичкам… Пользовался его услугами пару раз и Барон, но зарекся вскоре – не нравился Юрию Александровичу Виталий: слишком уж жаден был, и глаза у него все время как-то нехорошо щурились. Такой прищур Михеев у профессиональных убийц встречал – они на любого человека смотрят оценивающе, подсознательно прикидывая, как ловчее завалить можно было бы…

Ну и еще одно обстоятельство насторожило Барона: шепнули ему знакомые, что в «Рубин» частенько стал наведываться Витька Антибиотик, и не раз, не два видели его о чем-то беседующим с Мореманом… Юрий Александрович быстро сделал необходимые выводы и посчитал амберовский канал сброса «хабара» для себя закрытым навсегда… Кстати, Мореман был, пожалуй, единственным перекупщиком в городе, у которого ворованный антиквариат исчезал, как в «черную дыру», – даже Михеев не смог вычислить заказчиков Амбера… Только слухи какие-то туманные ходили: мол, два канала у Виталия, и оба – круче некуда.