Адвокат. Судья. Вор

Сентябрь тогда был на удивление теплым, ребята всю ночь сидели у костра, мечтали, говорили обо всем на свете… Тогда Сергей вдруг сказал Олегу, что Катя Шмелева – красивее всех кинозвезд. Олег промолчал, разозлился на Челищева неизвестно почему… Наверное, потому, что сам хотел сказать что-то подобное, да не успел, опередил его Сергей…

– Олежа, помнишь, как мы с тобой на рыбалку ездили?

– Ты что, мысли читать научился?

– Да нет, – усмехнулся Сергей. – Наверное, просто «у дураков мысли сходятся», знаешь такую поговорку?

– Угу, – буркнул Олег. – У нас немного по-другому говорят: «Придурки тянутся друг к другу»…

Челищев нашарил в темноте руку Олега:

– Ты на меня за Катерину зла не держи, я и сам уже весь извелся… Даже когда думал, что ты к убийству моих впрямую относился… Все равно совесть мучила…

– Что мне твоя совесть, – вздохнул Званцев. – Если бы ты мне под руку попался сразу, как я обо всем узнал, – точно убил бы… А сейчас перегорело все как-то… С Катькой я больше все равно не буду, ты же знаешь, такое не прощается.

Олег помолчал, потом спросил напряженным голосом:

– Серый, а он похож на меня?

– Ну сын мой, который в Приморско-Ахтарске…

Челищев пожал плечами:

– Я-то откуда знаю, Катька фотографий мне не показывала, я думаю, она их где-то далеко прячет, если вообще они в Питере есть… Похож, наверное… Она говорила, что он беленький, а глаза зеленые. Значит, в тебя…

Званцев спрятал лицо в ладонях. Сын… У него есть сын, большой уже, в школу ходит… Что-то необычное творилось у Олега в душе, что-то такое, от чего наворачивались на глаза слезы, которых не помнил он уже много лет…

– Знаешь, я в «Крестах» о многом передумал, там для этого все условия – чтобы думать… На воле-то не очень получалось, все времени не было, так закручивало, что про смысл жизни думать сил не оставалось…

Сергей молчал, чтобы не перебить Олега, не сломать охоту говорить.

– Ну вот и стали мне мысли разные интересные в голову приходить… Зачем мы крутимся как белки в колесе? Уже такого накрутили – мама не горюй, а все остановиться не можем… Я раньше думал, что бегу по этой дорожке ради денег, а в «Крестах» дошло, что не так это… Денег у меня уже столько, что и не потратить их до конца жизни, если только не прикуривать от тысячедолларовых… Выходит, кручусь я ради крутежки, потому что ничего больше в жизни у меня нет… А теперь вот, ты говоришь, у меня сын… Слышь, Серый?

– Ну, – ответил Челищев. – Слышу.

Олег вздохнул глубоко, ударил кулаком правой руки по раскрытой ладони левой.

– Не знаю, может, и права была Катька по-своему, что мне о сыне не говорила… Я тогда многого не понимал.