Адвокат. Судья. Вор

Инстинкт следователя подсказывал Челищеву, что активные «следственные действия» стоит начинать лишь после того, как хоть немного освоишься в незнакомой среде… Поэтому его ответ Катерине был смазанным, по сути никаким:

– Поймали одного парня, который на себя все и взял… Говорил, что просто «поставить» квартиру хотел, ну а уж потом, с перепугу… – Сергей махнул рукой. – Его убили здесь же, в подъезде, он пытался бежать во время «уличной».

Катя зябко передернула плечами:

– Ужас какой… Как ты не боишься здесь жить, после всего, что случилось?

Челищев грустно усмехнулся:

– Ну, во-первых, жить мне больше негде. А во-вторых, чего бояться-то? Дважды в одну воронку снаряд не попадает, а привидений я не боюсь… Те, которые могут появиться в этом доме, мне зла не сделают… Да ты раздевайся, проходи, кофейку попьем.

Сергей протянул руку к ее пальто, но Катя покачала головой:

– Нет, нет… Поздно уже… Чего на ночь душу травить… Я и так пару минут здесь побыла – на меня столько всего нахлынуло… Я что заехала сказать-то, Виктор Палыч твою поездку в Польшу одобряет и благословляет, он вообще, похоже, очень заинтересован в тебе… Завтра нужно сфотографироваться на загранпаспорт, через несколько дней сделаем документы с визой – и полетишь…

– Полетишь? – переспросил Сергей и по-детски обиженно поджал губы. – А разве мы не вместе полетим? Я думал – ты со мной…

Катя провела рукой по рукаву рубашки Сергея и, вздохнув, сказала:

– Я там лишней буду, ты и сам справишься… А здесь тоже кому-то работать надо.

Голос ее постепенно становился глуше, рука соскользнула в горячую ладонь Челищева, который вдруг прижал не то всхлипнувшую, не то простонавшую Катерину к себе и, ощущая упругость ее груди, поцеловал в раскрывшиеся навстречу губы. Катя сначала слабо пыталась упереться ему в грудь, но почти сразу же обняла Сергея за шею. Их языки встретились, и Катерина глухо застонала, а у Челищева от этого ее постанывания ослабли колени. Никогда раньше простой поцелуй не доводил его до такого состояния, как сейчас. Сергей почувствовал, что разум его начинает отключаться, и в этот момент Катя, отчаянно вскрикнув, с непонятно откуда взявшейся кошачьей силой вдруг вырвалась из рук Сергея. Тяжело дыша, она отскочила к входной двери и выставила перед собой руку с подрагивающими пальцами:

– Нет, нет! Прошу тебя, Сережа! Нельзя…

Они молча смотрели друг на друга, постепенно успокаиваясь.

Катя, не поворачиваясь к Сергею спиной, стала на ощупь пытаться открыть дверь. Когда ей это удалось, она облегченно и вместе с тем обреченно вздохнула и, не глядя Челищеву в глаза, пробормотала:

– Спокойной ночи… Увидимся завтра… Сереженька…

И выскользнула из квартиры.