Адвокат вольного города 5 (СИ)

— Сбежать! — детектив моментально вычленил из моей речи только оно, удобное ему слово. — На Кубу, там, говорят, тепло, дешёвый ром.

— Нет, Тайлер, разведка — это закономерная работа по подготовке к войне. Ты меня понял? Трезвей и узнавай.

— Мне бы червонец для того, чтобы выпить капельку, чтобы спалось легче. У Давы продаётся отменное вино. У нас ведь появился свет в конце туннеля!

— Держи червонец и завтра же окучивай того усатого. Свет у нас и не потухал, главное, чтобы не замкнутое пространство в деревянном ящике.

Оконщики изготовили мои окна и теперь ждали у дома, с умным видом постукивая в дверь.

Я принял накладные, проверил по описанию товара, критически осмотрел, чтобы стёкла были целы, после чего велел занести в дом и расписался в получении.

Тихонько проверил холодильник, пометил, что купить, докинул туда мяса. Уголь почти кончился, тоже нужно пополнить. Одна из лопат сломалась, тоже докуплю, но главное, что работа кипит, результат налицо. Тут нужно не спугнуть!

И тем не менее, это была моя единственная лежанка, там я и уснул, беспокоясь и просыпаясь то от случайного шума на улице, то от угрюмого ветра, который басовито задувал в трубу, то от бесячих кошек, которые скакали по крыше, как неутомимые ночные сайгаки.

Проснулся не выспавшимся, встал и поплёлся готовить завтрак на кухне на Лице, но быстро понял, что здесь нет ни ингредиентов, ни условий.

Смог только сварить себе кофе в турке, который спешно выпил и пошёл в город, искать себе завтрак.

Позавтракав в раннем кафе, добрался до офиса и засел в нём за написание заявления в фискальную службу на обжалование того кабального соглашения. В своём заявлении я прямым текстом сообщал, что предмет обжалования был фальсифицирован гражданином Владиславом Сергеевичем и что он намеренно ввёл фискальную службу в заблуждение, обман и состояние наивности.

Делал я так потому, чтобы немного облегчить им жизнь, когда запахнет жареным, они могли прикинуться невинными овечками и сказать — мы не знали, нас самих обманули. А запахнет быстро, потому что я сразу же потребую направить само соглашение, как документ, на почерковедческую экспертизу и прикладываю к нему копию билетов, совершенно легально добытых от железнодорожной станции (местное законодательство давало возможность адвокатам делать запросы). По этим копиям будет видно, что гражданин Британии Хокшилд убыл из Вольного города за восемь дней до даты создания документа и никак не мог бы таковой документ подписать.

В заявлении я активно цитировал фразы, которым меня научил Канцлер, то есть сразу описывал, из чего именно видно, что подпись поддельная.