Адвокат Империи 15

Ещё, наверное, никогда я не видел столько злобы и отвращения в глазах смотрящего на меня человека. Калинский видел во мне даже не врага. Соперника. Ему хотелось разделаться со мной в зале суда, чтобы доказать, что он лучше. Стрельцов же преследовал собственный мираж, который называл Справедливостью, а меня считал не более чем существенным препятствием на пути к нему. Лазарев стремился получить преимущество для будущего. Господи, да даже во взглядах и эмоциях мерзавцев вроде Даумова или Потапова я не чувствовал столь глубокого и всеобъемлющего отвращения пополам с ненавистью, какое я сейчас видел в глазах собственного брата.

Андрей смотрел на меня так, словно перед ним стоял не его родственник, а мерзкий предатель, вычеркнувший их общий род из памяти. И одна только мысль об этом вызывала у него столь сильные эмоции, что их можно было прочитать даже по глазам. В его взгляде горела ненависть столь глубокая и обжигающая, что я ощущал её даже без собственного дара.

Он видел в моём поступке предательство: словно лишь один тот факт, что я отказался встать рядом с ним, нанёс ему оскорбление столь чудовищное, что смыть его можно было лишь одним способом.

— Какое же ты ничтожество, — произнёс он с омерзением.

Его голос сочился отвращением, а каждое сказанное братом слово, вызывало у меня желание оборвать разговор и отвернуться. Мерзко.

Понятия не имею, в чём причина, но в этот момент, глядя на перекошенное от ненависти лицо Андрея, я окончательно понял одну вещь. Для него я перестал быть кровью его крови — остался лишь чужаком. И врагом.

И, судя по всему, понял я это не один.

Понятия не имею, как именно Михалыч это сделал, но именно он начал двигаться первым. Могучая рука толкнула меня в сторону, буквально отбросив в сторону чуть ли не на метр с лишним.

По помещению прокатился грохот, словно кто-то взорвал у меня над головой гранату. Стена за тем местом, где я стоял всего сенкуду назад, взорвалась каменными ошмётками и осыпала нас градом осколков."

"Пока пытался понять, что вообще случилось, передо мной словно выросла гора.

— Саня, вали отсюда! — рявкнул здоровяк, закрыв меня своей тушей. В следующий миг его тело покрылось вспышками золотистых искр.

Разрядив весь магазин, Андрей выбросил ставшее бесполезным оружие.

— Прикончи их!

Я не сразу понял, кому именно он это сказал. До тех пор, пока непонятная здоровенная хрень не прилетела Михалычу прямо в голову, бесполезно отскочив от защитной преграды амулета и врезалась в пол рядом со мной. Мне потребовалось примерно секунда на то, чтобы опознать в этом здоровых размеров винтовку с открытым и пустым затвором.

Размытый силуэт двигался быстро. Настолько, что, казалось, за ним почти невозможно было уследить глазами.