Адвокат Империи 15

Его губы шевелились, будто он хотел что-то сказать, но не мог найти слов.

— Но… как же… ваше сиятельство, я…

— Тише… Виктор, у меня мало времени. Я дам тебе свою силу, а ты поможешь мне, Павлу и всем, кому сможешь. Я выдержу.

Он взял Елену за руку и сказал Виктору сделать то же самое. Едва только они это сделали, как…

Я стоял и смотрел на то, как по их рукам расплывается… нет, не свечение. Такого я раньше не видел. Они словно светились изнутри. Как если бы каждая вена и кровеносный сосуд на их руках начал источать свет, горя под кожей тонкими нитями, по которым текла сама жизнь.

— Виктор, ты должен помочь всем, кому сможешь… ты… ты понял меня?

— Ваше сиятельство…

— Я договорился, — выдохнул Распутин. — Тебе объяснят, как это сделать. Главное… главное помни, мой мальчик, что этот дар должен спасать жизни. Спасать их.

Твою мать… Я смотрел на Елену и мне становилось плохо. Прямо на моих глазах её волосы постепенно начали седеть. Я уже понял, что именно происходит. Регалия, которой каким-то образом «наградили» девушку Разумовские, сейчас работала, передавая дар Распутина моему другу.

И Елена платила за это собственной жизненной силой. А она даже не замечала этого. Того, как её волосы становились ломкими, теряя былой блеск и цвет. Как трескались припухшие от рыданий губы… Она словно усыхала, расплачиваясь за содеянное.

Неожиданно сильные пальцы сжали мою руку в железной хватке.

— Александр…

— Ваше сиятельство?

— Обещай мне! — хриплым, но твёрдым, как сталь голосом сказал он. — Обещай мне, Александр Рахманов, что ты позаботишься о ней. Ты должен сделать это! Ты обязан!

Глядя ему в глаза, я кивнул. Обещание, которое один мужчина даёт другому. Слово, которому не было цены. Потому что ни один мужчина никогда не подумает о том, чтобы его нарушить.

И Распутин это понял. Ему хватило одного моего взгляда. Улыбнувшись, он отпустил меня и протянул руку. Коснулся пальцами щеки Елены, повернув её к себе лицом.

— Девочка моя…

— Дедуль, молчи, — зашептала она. — Просто молчи. Я всё сделаю. И Виктор тебе поможет. Я…"

"— Тише, моя хорошая, — прошептал Григорий. — Ничего не говори. Всё будет хорошо. Я всегда тобой гордился…

По его ладони прокатилось тусклое зелёно-золотистое сияние. Мягкой волной оно растекалось по лицу девушки. Сначала я не понял, но уже через секунду увидел, как волосы Елены начали возвращать свой цвет. В девушку будто по каплям возвращалась жизнь.

Григорий отдавал последние частицы своих сил на то, чтобы исправить тот вред, который приносила Регалия. Знал, что он не выживет в любом случае. И теперь стремился в последний раз помочь другому человеку. Такому родному и важному для него.