Адвокат Империи 12

По прошествии минуты, которая потребовалась тому на то, чтобы просмотреть преданную бумагу, судья заговорил.

— Документ составлен верно и с соблюдением всех формальностей.

— Ваша честь… — начал было Захария, но тут же напоролся на строгий взгляд судьи.

— У вас есть доводы, которые могут опротестовать это? — спросил он.

— Я…

— Доводы, мистер Смит, — повторил судья. — Потому то, что я вижу здесь, полностью соответствует нашим законам. И, как бы вам ни было печально это признавать, но этот молодой человек прав. Данный закон, пусть и устаревший, всё ещё действует. Прецеденты, приведенные в обоих случаях, имеют место.

Я ощущал его растерянность. Ну ладно. Не растерянность. Скорее недовольство от того, что мы лупили его по морде фактами, от которых он не мог так легко отмахнуться.

Тем не менее, что-то не давало мне покоя. Было ли дело в неприятной, отдающей недовольством решимости самого Смита, или же в злом выражении самого Генри. Я ощущал, что что-то не так.

— Нет, ваша честь, — заявил Смит.

— Тогда я прошу вас занять свои места, — произнёс судья.

Мы так и поступили, вернувшись за свои столы. Бросив короткий взгляд в ту сторону, где сидели землевладельцы, я заметил, как некоторые из них тихо переговаривались друг с другом. Жаль, что я не мог чувствовать эмоции всех, а только двоих из них. Но вроде бы, если верить собственной силе, они, если и не были на нашей стороне, то сейчас испытывали, скажем так, нечто нейтральное.

— Похоже, что всё не так плохо, — негромко сказал я сидящей рядом со мной Анне. — Не переживайте. Мы пока ведём по очкам.

Женщина лишь кивнула, ничего не сказав. А вот Лора явно испытывала больше энтузиазма.

— Отлично выступил, — шепнула она мне. — Если всё пойдёт так и дальше, то мы их прикончим.

— Да, — неохотно согласился я. — Если так будет и дальше, то да. Добьём.

И повернулся к Анне.

— Вы всё ещё не решились? — спросил я её.

— Я боюсь, что если сообщу о беременности, то это поставит моего сына под удар, Александр, — негромко произнесла она, и в её голосе слышался искренний страх."

"— Анна, сейчас мы ведём в деле. Судья, может, и не на нашей стороне, но у них уже больше, чем нужно, поводов признать любые требования Генри не имеющими оснований. Если станет известно, что вы носите под сердцем законного сына Эдварда Харроу, то это может склонить чашу весов на нашу сторону…

— Я же говорила вам, как здесь относятся к бастардам, Александр, — напряжённо напомнила она. — Они не имеют права претендовать на наследство.

— Да, я помню, — не стал я спорить. — Но поймите и вы. Это наш лучший шанс не только полностью выиграть дело, но и узаконить вашего сына как полноправного наследника. Поймите, что мы сейчас…

— Ваша честь!

Я резко повернул голову вправо. Захария поднялся из-за стола.