Адвокат вольного города

Ну изымешь, ну проведёшь экспертизу, ну окажется, что контрабанда. И что? После полгода мытарств, от которых ты станешь седым, а я чуточку богаче, суд обяжет гражданина Сунь Дзы заплатить положенные двадцать пять рублей таможенной пошлины и полтинник штрафа. И всего делов. А мне всё это время будет платить китайская община за борьбу с твоим беззаконием. Угадай, насколько меня такой расклад пугает?

— Ладно, хрен с ней, с вазой. Попроси хоть чая насыпать в отдел.

— Насыплем, составляй протокол. Но я хочу, чтобы ваших сюда как можно меньше присылали.

— Ещё четыре места будет. Дашь на лапу, если я возьмусь обыски проводить? Я могу.

— Только чай. Не борзей. Могу попросить тебе пару ваз для дома подарить. Ты ж понимаешь, что в квартале нет ничего незаконного?

— Не надо мне лепить горбатого про честных китайцев.

— А я и не леплю. Они не дурнее нас с тобой. Когда случился шухер, они тоже подготовились к шмонам, у них если что и есть, то всё спрятано и явно не здесь, что ты можешь решетом тут землю просеивать, ничего интересного не найдёшь."

"— Пошли протокол писать, — потушил бычок следователь. В глазах его светилась вселенская тоска служебного пса, которого обделили сахарной косточкой.

Глава 13

— Полина Этьеновна? — мы сидели в её кабинете и задумчиво взирали на двух свидетелей, которые собственными глазами видели, как геройски погиб почти не пьющий Стрижов. Два разбойного вида мужика с робостью первоклассников в кабинете директора школы сидели и боялись лишний раз шелохнуться.

Я стоял посреди кабинета в полный рост и держал руки в карманах. Глядя на добрых молодцев, печально выдохнул, а мадам Кукушкина терпеливо ждала более понятной реакции в отношении двух предложенных «свидетелей».

— У Зураба есть судимость?

— Две, а что?

— Сейчас покажу, что меня как бы это выразиться… смущает.

Без раздумий ткнул пальцем в правого мужичка, ему ближе идти до дверей.

— Вы, голубчик, подождите в коридоре. Отойдите и не подслушивайте. А Вы останьтесь.

Второй остался, проводив товарища взглядом. Когда дверь закрылась, я стал к «свидетелю» спиной и принялся неторопливо задавать вопросы, давая время ответить, но сами ответы не запоминал и не записывал.