Адвокат чародейки

И почему-то именно в этот момент мокрое тело выскользнуло из их рук и тяжело рухнуло за борт ванны. Боровицкий упал лицом вниз, ткнувшись лбом прямо об пол.

– А-а! – ужасным голосом закричала Полина Карповна.

Она замерла с простыней в руках, будучи не в силах подойти к мужу.

– Че-р-т, че-рт по-бе-ри, – раздалось с пола.

Горничная охнула и рухнула на кровать хозяина, словно у нее внезапно подкосились ноги. Лакей и камердинер схватили Боровицкого под мышки и перевернули его лицом вверх.

– Бо-лва-ны, – медленно, но вполне членораздельно произнес Боровицкий. – За-ши-бся! – Он с трудом пошевелил неподвижной вплоть до этого мгновения рукой и попытался поднести ее ко лбу, на котором прямо на глазах выросла огромная шишка.

У Полины Карповны закатились глаза, и она медленно осела на пол, распростершись рядом с супругом.

Когда она очнулась, в комнате уже была Зина. Она причитала, охала, плакала и смеялась одновременно. Ефрема Нестеровича одели и благополучно водрузили на постель. Он легонько шевелил руками и осматривался, словно впервые белый свет увидел.

– Услышал, услышал Бог мои молитвы, – пролепетала несчастная жена и бросилась на грудь супруга. – Уж мы и не чаяли, не чаяли, что ты поправишься, сокол ты мой!

– Да уж! Со-ко-лик! Курица ощи-пан-ная ве-се-лей гля-дит! – прошепелявил Боровицкий.

– Узнаю моего мужа! – радостно всплеснула руками Полина Карповна, все еще не верившая собственным глазам и ушам."

"– А я вот пло-хо приз-наю всех, за-па-мя-товал…

– Папочка, я Зина, твоя дочка! Ты не узнал меня? – Зина поцеловала руку отца и нежно поднесла ее к своему лицу. – Ведь ты так десять лет пролежал!

– Боже! – Боровицкий прикрыл глаза. – Не пон-ять мне сей-час, не оси-лю…

Ефрем Нестерович некоторое время пролежал с закрытыми глазами. Слюна тонкой струйкой стекала из уголка его искривленного рта. Жена, дочь, прислуга – все замерли у постели в благоговейном молчании, переживая чудо, свершившееся на их глазах.

– Анатоль где? – вдруг резко и уже почти совсем членораздельно спросил полковник.

Все вздрогнули. Полина Карповна подскочила, всплеснула руками и приготовилась стенать.

– Он далеко уехал, папенька. Очень далеко, за границу, по службе. Не скоро будет, – вдруг выпалила Зина.

– А! Стало быть, дела его идут хорошо? Остепенился? Человеком стал? Где жена его? – приободрился полковник.

– Дома, с детками, – пролепетала Полина Карповна, не зная, что ей дальше врать.

– Стало быть, и внуки у меня есть! Славно! Видеть их хочу всех, прикажите, пусть тотчас же придут. Не всякий раз дед с того света возвращается! Да еще, может, и ненадолго!

Полковник слабо улыбнулся и вновь устало прикрыл глаза. Полина Карповна, сама не своя из-за случившегося, вытолкала дочь в соседнюю комнату.