Адвокат вольного города 4 (СИ)

Распрощавшись с ним, я поехал окольными путями и оказался возле промышленной базы мадам Кукушкиной, которую миновал и поехал к частному сектору, где до недавних пор проживал Бакланов.

Я заметил, что Шило никогда не телепортирует меня или меня на машине туда, где я бы оказался в воздухе и рухнул бы вниз или в водоёме, или над его «водной гладью». Всегда сравнительно ровное место, где можно стоять или там, лежать. Короче, Шило заботится обо мне.

Так что местность, куда я попадал от Баклановского дома, меня устраивала, если, конечно, Шило меня туда пустит.

Однако, он переместил меня, и я оказался в сумерках на травке возле больших и круглых водоёмов. Это место было мне знакомо, а ещё тут не водилось крупных монстров.

Вышел, осмотрелся, меня попробовало укусить местное насекомое. Ну, то есть я ему не понравился, однако укус я всё же получил. Филонят местные жабы, филонят.

Я попробовал ещё немного подремать в машине, борясь с духотой, потому что стёкла пришлось поднять и задраить салон наглухо, чтобы меня не сожрали.

Сон не шёл. После почти часа страданий и я проснулся окончательно. Сумерки не проходили, но было сравнительно светло.

Я переоделся, складывая рабочую форму в стопочку, после некоторых колебаний, решил не купаться в местном круглом пруду. Тот факт, что земноводные меня ни разу не трогали — не повод лезть к ним в среду обитания, в конце концов, может у них там пиявки какие водятся. Зато ведром, которое осталось мне от прежнего хозяина машины и каталось со мной в багажнике, набрал воды, удостоверился в её сравнительной чистоте и умылся.

Отогнал машину на десять метров от края водоёма, потому что я тут сейчас всю загрязню, но хоть постараюсь не загадить водоём. Достал растворитель для краски и стал тщательно и не торопясь смывать окраску с корпуса автомобиля, оставляя безбожно грязные разводы в траве.

Растворитель кончился, грязные следы остатки краски остались. Ну и чёрт с ним.

При помощи всё того же ведра с водой помыл машину. Краски осталось ещё меньше. Так можно принять её остатки за обычное загрязнение.

Потом я перетряхнул всю машину, орудуя тряпкой и всё той же водой отмыл, насколько получалось, салон. Затем убрал оттуда все следы недавней операции и химикатов, кроме двух инструментальных ящиков (в одном из которых теперь покоился обрез, кстати, я проверил, он заряжен двенадцатым калибром) и пакета с моей рабочей формой. Её я решил не сжигать, а вот форму Эдуарда я связал узлом, напихал в него камней и утопил в пруду.

Теперь машина пусть и не до конца очищена, но доказать её участие в поджоге с местным уровнем криминалистики — невозможно. Одежду свою и инструмент надо срочно закинуть в свою пещеру и что-то найти будет вообще нельзя.