Выживший на адском острове

Расстреливать или травить их собаками у нас нет права. Нет самой эффективной возможности заставить быдло работать через силу.

– Надо уметь выполнять задания даже в условиях ограниченных возможностей.

– Мы выполним это задание.

– Значит в 14.00 я могу звонить в Ольденхорст? Там уже ждут.

– Думаю, можете.

– Это не ответ!

– Можете, герр штурмбаннфюрер.

– Хорошо. После завершения объекта, пусть это будет даже глубокая ночь или ранее утро, рота Риделя должна обойти весь остров. Здесь остались старые лодки, прикажите их уничтожить.

– Да, герр штурмбаннфюрер.

– Хорошо, соглашусь с тобой. Обед и отдых – по распорядку. Если нет больше вопросов, жду тебя в нашей столовой в 13.30.

– Да, герр штурмбаннфюрер.

– Ох, Анкель, знал бы, как ты надоел мне своей официальностью.

– Извините, но я, видимо, иначе не могу.

– Ну, ничего, нам вместе осталось работать не более суток. Потом у каждого своя дорога.

– Да, герр штурмбаннфюрер.

– Свободен!

В 12.30 прозвучали команды офицеров-надзирателей:

– Закончить доставку материала! Новый не загружать! Тележки, тачки – к конусам и площадке! Там же строиться на обед!

Узники давно ждали этой команды. Хоть всего полчаса, но можно отдохнуть и подкрепиться.

Они быстро покатили тележки к конусам на площадке.

У большой кучи песка поставили рядом свои тачки Эрик Влах и Апсель Пехнер. Они оба были немцами, коммунистами, состояли в подпольной группе сопротивления. Их арестовали при попытке подрыва электростанции. Скорый суд приговорил обоих к повешению. Смертная казнь в военное время свершалась быстро. Но случилось чудо. В камере гестапо им объявили, что фюрер помиловал и Влаха, и Пехнера, заменив смертную казнь даже не тюремным заключением, а десятью годами каторжных работ, естественно, на благо Рейха.

Такого еще не было. На следующий день после оглашения приказа о помиловании обоих доставили из родного города Хенсдорф в деревню Туир на берегу Балтики. Оттуда вместе с такими же осужденными на барже перевезли на остров Ургедон. И вот уже прошел месяц, как друзья трудились на стройке.

Поставив тачку, Влах проговорил:

– До сих пор не понимаю, что это будет за поселок. Дома вроде капитальные, из камня, есть школа, больница, управа, мощеные улицы – все, как на материке, но нет даже намека на канализацию, водопровод и электричество.

Пехнер ответил:

– Нашел, над чем ломать голову. Долго ли все это потом провести?

Влах улыбнулся:

– Ты хоть что-нибудь понимаешь в городском хозяйстве?

– Ну, конечно, не как ты, я по этой части не работал.

– Так вот, все коммуникации прокладываются до того, как возводятся здания. И потом, здесь нет ни очистных сооружений, ни водонапорной башни. Я уж не говорю об электростанции.

– И что ты хочешь этим сказать, Эрик?

– Не нравится мне все это.