Адский прииск

Несколько юрт, лавка, начальная школа и две церкви. Все деревянное.

– А если уйти далеко в горы, то там безлюдно и про тебя никто не узнает?

Крафт задумался:

– Инородцы узнают. Они все замечают, только исправнику с заседателем не говорят. Причем первыми разведают бродячие тунгусы, охотники. Якуты живут лишь по берегам рек, а эти ходят повсюду.

Лыков продолжил:

– Может ли в тех горах держаться артель в полсотни человек, причем от апреля до октября?

– Совершенно исключено! Это очень трудно и притом бессмысленно.

– Бессмысленно? А если они нашли богатые россыпи и разрабатывают их?

– Опять вы про золото на Колыме, – нахмурился больной. – Да нету его там! Я бы знал. И другие тоже бы знали. Витим, Олекма; вот еще на Алдане сыскали. А там, где вы говорите, – нету.

Алексей Николаевич старался держаться вежливого тона:

– Но почему вы не допускаете, что есть? Только геологи его еще не нашли и не раструбили. Как вы оцениваете это место?

Иван Иванович опять взял рапорт Нарышкина:"

"– У впадения Кухумана в Берелёх? Мне трудно судить. Когда приедете в Якутск, расспросите советника областного правления коллежского асессора Березкина Николая Михайловича. Вот кто объездил весь край. Он давно служит в области и большой знаток тамошних условий жизни. Из казаков. И кстати, несколько лет был колымским исправником.

Азвестопуло записал фамилию, а его шеф продолжил:

– Если все-таки допустить, что драгоценный металл отыскался в Колымской системе… Кто-то инициативный, из диких старателей, нашел и молчит, моет потихоньку… в чем трудности такого промысла?

– В снабжении, – тут же ответил Крафт. – Вы, господа, не представляете, что такое Колымский округ. Добраться туда сложнее, чем проникнуть в верховья Амазонки! Как там говорил городничий у Гоголя? «В любую сторону три года скачи, ни до какого государства не доскачешь». Это во‑первых. А во‑вторых, область сама почти ничего не производит. В Якутске имеются казенный очистной винный склад, пивоваренный завод, кожевенный, лесопильный, мыловаренный, кирпичный и еще семь мукомольных мельниц. И все. Ну, скотоводство дает шкуры, мясо, кость. Немного удается выжать из земли, на юге, где теплее. Остальное приходится завозить, как у нас говорят, с материка.

Больной глянул на часы, выпил какую-то микстуру, что стояла рядом на столике, и продолжил:

– Путей подвоза всего три. Главный – из Иркутска, по старинному тракту, можно также по реке Лене, летом пароходами, а зимой по льду. Товары приходят в столицу области и оттуда ползут на северо-восток, уже по Колымскому тракту. Он идет через Верхоянск на Средне-Колымск. На первом отрезке четырнадцать станций при длине девятьсот тридцать верст – считайте, какое между ними расстояние.