Адская рулетка

Нельзя было ни блеска глаз углядеть, ни каких-либо отсветов на коже.

Но мы легко нашли друг друга. На ощупь, под одеялом. Сперва мягко прильнули друг к другу согревающимися телами, обвили руками бока и спины. Потерлись щекой о щеку, уперлись лбами. Потом носик Вики оказался совсем рядом с моими губами, и я не отказал себе в удовольствии его легонечко ущипнуть. А потом губы соприкоснулись с губами, языки пощекотали друг друга, Вика крепенько прижалась к моей груди ласковыми пышечками, поерзала своим пушистым местом по моему животу, сладко и нечленораздельно мурлыкнула.

— Бесенок! — прошептал я ей в ушко, лизнул бархатистую мочку, провез губы по щеке к подбородку, потом от подбородка к глазунчику, забрался на нос и снова перескочил на губы. А добрая лапка уже шебаршилась где-то там, под одеялом, возбуждающе поскребывая коготками мою спину, а потом словно бы с ленцой перебралась на бедро.

— Я не бесенок… — прошелестел притворно-детский голосочек. — Я бесовочка… А бесенок — вот.

Ладошка бережно ухватила то, что неторопливо росло и крепло, но еще не дошло до кондиции.

— Ленивый какой… Я тебя накажу! За опоздание на службу переведу на грязную работу. Понял? Ну-ка просыпайся, свинтус!

Пальчики так славно его теребили, а ротик болтушки наполнял мои уши такой милой похабщинкой, что пристыженный лентяй живо напрягся и принял строевую стойку.

— Молодец мужик! — Плавно пропустив инструмент через ОТК в составе двух сумевших замкнуться в колечко пальчиков, Вика убедилась в его твердости. — Пожалуй, ты у меня премию заслужишь…"

"И она головой вперед юркнула под одеяло, пощекотав меня по груди и животу своей взъерошенной, жестковолосой, а оттого чуточку колючей, но приятной шевелюркой.

Ладошки несильно сжали с двух сторон отличного строевика. Поерзали по нему взад-вперед, будто скатывая колбаску из теста. Потом его обдало теплым и влажным, неровным дыханием. Легкое прикосновение мягкого и мокрого… Язычок с мелкими пупырышками притронулся к упругой боеголовке, лизнул, спрятался, пять лизнул… Нет, это не могло остаться безнаказанным!

Я тоже полез под одеяло, где было душновато, раздвинул, взявшись за подогнутые колени, Викины податливые, но тугие ляжки и уткнул лицо в колючий ворох волосков. Hoc — спасибо прапрабабке Асият, не самый маленький достался! — прокатился по неглубокой бороздке, нашел мокренькую трясину и — бульк! — провалился туда. Подрыгался из стороны в сторону, потерся о пимпочку…

А откуда-то из дальнего далека долетало ласковое и бесстыжее чмоканье Викиного ротика. Должно быть, понравилась деточке сосочка.