Адриано

Отец бледнеет.

Я знаю, что он считает, что они наконец-то показывают свои истинные лица…

Что Розолини ничем не лучше Агрелла.

Они используют его как пешку в своей игре.

А после того, как они спасают ему жизнь и оберегают его жену, кто он такой, чтобы сказать «нет»?

Поэтому я решаю сказать это за него.

Но как только я начинаю говорить, Адриано делает то же самое.

— Нет…

— Нет.

Мы оба смотрим друг на друга — и я благодарно улыбаюсь ему.

— Что значит «нет»? — холодно говорит Никколо. Не мне, а своему брату.

— Со всем уважением, — говорит Адриано спокойным голосом, — я хотел бы предложить альтернативный план.

Никколо смотрит на Дарио, затем снова на Адриано.

— Я слушаю.

— Позвольте мне вернуться во Флоренцию и выманить Меццасальма.

— И как ты собираешься это сделать?

— Я узнаю, где находятся его люди, и буду убивать их одного за другим, — говорит Адриано. — На трупах я оставлю сообщение: «Нам нужно поговорить».

— Это очень похоже на серийного убийцу, — весело говорит Никколо.

— Это привлечет его внимание.

— Да, но не так, как ты хочешь. Меццасальма не станет с тобой разговаривать. Он просто пошлет всех своих людей за тобой и либо поймает тебя и будет пытать, либо пристрелит, как бешеную собаку. Нет… нам нужна приманка. — Никколо указывает на моего отца. — И это он.

— Я хочу, чтобы синьор Леттьери был в безопасности, — парирует Адриано, его голос слегка дрожит.

— Как и все мы, но он в опасности, где бы ни находился. Мы можем сражаться во Флоренции, или здесь, на ступенях нашего дома, но не заблуждайтесь, сражение будет, так или иначе. Любые представления о том, что здесь он в безопасности, пока Меццасальма ищет его, — иллюзия.

— Со всем уважением, — говорит Адриано, все больше и больше напрягаясь, — но нам нужно найти другой способ.

— Я это сделаю, — говорю я.

Все глаза за столом вдруг смотрят на меня.

— Нет, — яростно возражает отец.

И в то же время Адриано говорит.

— НЕТ.

Но я игнорирую их обоих и сосредотачиваюсь на Никколо.

— Если они увидят моего отца, то убьют его. Они не будут терять времени, а просто пристрелят его. Но меня они будут рассматривать как разменную монету. Они не будут пытаться меня убить. Они захотят сохранить мне жизнь, чтобы заставить моего отца сдаться.

Никколо поднимает брови и склоняет голову набок.

— Это хорошая мысль.

— К тому же, если это тот человек, которого я видела в модельном агентстве…

— Какой человек? — спрашивает Никколо.

За всей этой суматохой я забыла, что не рассказала им о человеке с жестокими глазами.

— Она видела какого-то парня, который приходил к Батисте Агрелла за несколько часов до событий в гостинице, — поясняет Адриано.

После того, как я отвечаю на все вопросы Никколо, он сговорит.