Адора

Одумайтесь, вы нанесете нешуточное оскорбление властителю великой державы!

— Вот для того, чтобы вы уладили эти недоразумения, я и плачу вам деньги, принц. А как уж вы это сделаете, ваше дело.

— Вы говорите так, будто я уже принял ваше предложение! — взорвался в негодовании Мурад.

— А что вам остается еще делать, как не принять? — сказал Александр с иронией. — В любом случае Халил остается у меня, но если вы согласитесь на мое предложение, то тогда хотя бы возвратите часть потраченных денег.

Мураду больше нечего было сказать. Он явно видел, что Александр плетет какую-то интригу, не связанную с деньгами, но какую — понять не мог.

— Кстати, принц Мурад, — вывел его из задумчивости главарь пиратов. — Я думаю, вы не правы в отношении Феодоры. Она слишком умна, чтобы остаться здесь. Мне кажется, завтра вы сможете увезти ее отсюда, она сама этого захочет.

Ранним утром принц Мурад отправился к Феодоре рассказать ей о вечернем разговоре с Александром. Сообщение о близкой разлуке с сыном она выслушала спокойно, без истерик, разве что, по мере рассказа Мурада, все сильнее и сильнее покусывала своими прекрасными зубками нижнюю губу. К удивлению Мурада, Александр оказался прав: Феодора решила уезжать, не дожидаясь сына.

— Твой отец — великий воин и прекрасный правитель государства, но он — плохой дипломат, — сказала она Мураду. — Ладно, теперь ничего не поделаешь, Халил должен остаться здесь, а я еду с тобой.

— О Аллах! Что это за мать, которая оставляет своего сына в плену у пирата?! — воскликнул Мурад.

Феодора посмотрела на него с нескрываемым удивлением, как будто не ожидала услышать от него подобную глупость.

— А ты хочешь, чтобы после того, как султан выкупит Халила, ему опять пришлось бы выкупать меня, ибо выкуп за меня Александр полностью вернул? Мурад, ты мог подумать, что я испугалась и бросаю своего сына ради собственной безопасности?

Мурад был несколько ошарашен этой вспышкой. Во-первых, ему было неловко, что он сам не догадался о такой простой вещи, во-вторых, Феодора впервые за эти годы обратилась к нему как к человеку, которого хорошо знает. Но внешне он ничем не выказал своего смущения.

— Может быть, вы и правы, госпожа, — сказал он холодно. — К тому же ваш муж и мой отец очень скучает без вас.

— Правда?! — Она была удивлена. — Странно. Последние годы он не проявлял ко мне никакого интереса.

Мурад в ответ пожал плечами, как бы говоря, что ему нечего сказать по поводу последней реплики и вообще это не его дело. Однако Феодора не зря считалась проницательной женщиной: она увидела, что последние слова, произнесенные ею, задели Мурада.